среда, 15 июля 2020 г.

Другие Мальдивы

Идущие за ветром. Путешествие на Шри Ланку и Мальдивы: части  1  2  3  4  5

автор: Константин Никитенко, US5ETV 


Maldives… view from the back door

Официально.

(Dhivehi Rajjge), Мальдивская Республика (Dhivehi Rajjeyge Jumhooriyya), государство в Южной Азии, на Мальдивских островах (1190 островов, из них населенных островов – 188, главным образом коралловых атоллов;) в Индийском океане, к юго-западу от о. Шри-Ланка. 

Площадь – 90.000 кв.км, из которых менее 1% составляет суша – 298 кв.км. Население 407.660 человек (2014), 99% – мальдивцы. Городское население около 30% (1993). Официальный язык – дивехи (Dhivehi), широко распространен английский. Официальная религия – ислам суннитского толка. 

Столица – Малé (более 100.000 жителей, площадь – около 4 кв.км, 1.7 км в длину и 1.0 км в ширину). 

Входит в Содружество. Глава государства и правительства – президент. Законодательный орган – однопалатный парламент. До 1968 – султанат. В 1887 над островами был установлен британский протекторат. В 1965 они получили государственную независимость. В 1968 провозглашена республика. 

Климат экваториальный муссонный. Среднемесячные температуры 24-30°С. Осадков около 2500 мм в год. Рощи кокосовых пальм, бананов. Основа экономики – туризм, рыболовство и переработка рыбы. Доля в ВВП (1991, %): рыболовство 4; сельское хозяйство 23,7; промышленность 7,7. Основная сельскохозяйственная культура – кокосовая пальма; возделывают также рис, овощи, фрукты, хлебное дерево. Птицеводство. Экспорт: рыба, текстильные изделия, копра. Основные внешнеторговые партнеры: Таиланд, США, Шри-Ланка. Денежная единица – мальдивская руфия. Курс руфии (rufiyaa, MVR) к доллару США (2017): USD$1 = MRF15.42.

В соответствии с Таможенным Правом, ввоз следующих товаров
Запрещен:
  • Материалы религиозного характера, не принятые в Исламе
  • Материальные объекты для поклонения
  • Порнографические материалы
  • Наркотические и психотропные вещества
  • Свиньи

Ограничен (для личного ввоза):
  • Оружие и амуниция
  • Алкоголь и спирты
  • Свинина и продукты из свинины
  • Собаки, опасные животные

День независимости – 26 июля 1966 г.

Атолл Вааву (Vaavu) – административная единица Мальдивских островов. Она соответствует природному атоллу Фелидху и рифу Ваттару. Атолл Вааву – наименьшая по площади суши и населению (2144 чел., 2006 г.) административная единица страны. 19 островов, 5 – обитаемые.

Административное деление: Хаа Алифу, Хаа Даалу, Шавийани, Ноону, Раа, Баа, Каафу, и т. д. являются буквенными обозначениями, присвоенными современным административным единицам Мальдивских островов. Они не являются собственными названиями атоллов, которые входят в состав этих административных единиц. Некоторые атоллы разделены между двумя административными единицами, в другие административные единицы входят два или более атоллов. Порядок буквенных обозначений идет с севера на юг по буквам алфавита тана, который используется в языке дивехи. Эти обозначения неточны с географической и культурной точки зрения, однако популярны среди туристов и иностранцев, прибывающих на Мальдивы. Они находят их более простыми и запоминающимися по сравнению с настоящими названиями атоллов на языке дивехи (кроме пары исключений, как, например, атолл Ари).

— — —

В Малé

Аэропорт на острове Хулхулé. На заднем плане – остров Хулхумалé 
Аэропорт Мальдив – Ibrahim Nasir International Airport – находится на острове Хулхуле. Остров находится в непосредственной близости к столице, Малé. Аэропорт полностью занимает площадь острова. С аэропорта к пристани Малé – Hulhulé Ferry – курсирует паром каждые 10-15 минут. Билет стоит 10 руфий, а поездка длится около 15 минут. Это дешевый и оптимальный вариант. Есть экспресс паром, цена на который в три-четыре раза выше. 

Если же турист будет отдыхать на острове-отеле, то он вообще может в Малé и не плыть. Тут же в аэропорту есть секция с бронированием билетов на рейсы к отелям. А если в планах отдых на корабле (обычно корабль нанимает компания до десяти человек, а стоимость одного дня аренды среднего размера судна – $1000), то вам на остров Хулхумалé. Он соединен с аэропортом насыпной дорогой.

Обычно в районе аэропорта все туристы и рассасываются – кто в самолет-такси, а кто на яхту. Ну а все прочие, которых остается не столь много от общего числа прилетевших, отправляются в столицу, чтобы переночевать, осмотреться да и сесть на паром к одному из ближайших островов…

Клерк миграционной службы при прохождении паспортного контроля поинтересовался лишь бронированием отеля. Мы вписали в форму адрес какого-то отеля в Малé, наскоро списанный с рекламы в бортовом журнале в самолете.

 – Вы будете там проживать все время пребывания здесь?
 – О, нет! – ответил Влад. – Завтра мы едем на пароме на остров Фулиду. Но там мы ничего пока не бронировали.
– А… Ну ладно…

Клерк лениво пропечатал бланк миграционного контроля в двух местах, оторвал половинку и оставил у себя. Раскрыл паспорт Владимира и поставил печать. Когда подошел мой черед, он больше ничего не спрашивал, лишь поинтересовавшись, вместе ли мы с Владом приехали?

Уже в аэропорту чувствуется тропическая жара. Повсюду работают огромные вентиляторы, подвешенные на потолке и установленные на ножках-стойках. Последние обычно находятся у рядов кресел и обдувают пассажиров. Аэропорт не имеет замкнутых помещений. Он похож на огромный шатер с опорами. Поэтому кондиционеров здесь нет в принципе (не в этой части аэропорта).

В здании аэропорта Мале. Фото: paikea.
Немного пришлось побегать по аэропорту в поисках обменного пункта и офиса местной телефонной компании. Телефонная компания находится в застекленной «будке» – в отгороженном помещении, искусно декорированном в корпоративные, красные тона. За офисными столиками сидят две девушки, одетые как подобает мусульманкам (с покрытыми головами). Перед ними несколько человек в очереди.

Мы завалились вовнутрь при полной амуниции и тут же скинули рюкзаки у стенки на пол. Какое блаженство – здесь, за стеклом, работает кондиционер. Причем так прохладно, что просто удивительно, как это стеклянная стенка еще не покрылась испариной?! Кондиционер выставлен градусов на восемнадцать.

Влад оставил меня в очереди, а сам пошел искать обмен валют. С удовольствием я остался в прохладном оазисе. То ли девушки компании совсем замерзли и едва шевелятся, то ли ощущение времени у меня неправильное, но показалось, что прошла вечность. Вот и Влад уже разменял деньги и вернулся, а впереди меня еще один человек. Когда же, наконец, и он ушел, Влад расспросил о тарифе с интернетом в пакете. То ли в офисе закончились сим-карты с этим тарифом, то ли предлагаемый пакет показался дорог – не помню, но вопрос с местной сим-картой мы решили отодвинуть на вторую половину дня.

Мы покинули прохладный офис и направились к стойке с информацией для прибывших. Здесь, на Мальдивах, легко потеряться среди широкого выбора предложений. При этом, никто не предлагает дешевых вариантов. Пока мы находились возле информационной панели (стеклянная будка, обложенная по периметру рекламной продукцией), к нам подошло несколько дилеров с предложениями отдохнуть на островном отеле. Каждый из дилеров работает на несколько курортов, предлагая сразу с места отправиться на точку.

За панелью работает специальный служащий (в будке, пусть и довольно просторной), призванный помогать приезжим сориентироваться в пространстве. Влад спрашивает его про паром на Фулиду, но такой вопрос оказался довольно специфичным. Нет ответа сходу. Парень полез на полку со стопкой бумаг и выудил из нее какой-то список – распечатку на нескольких листах. Пробежав глазами список, он что-то отметил, тыкнул пальцем и показал Владу. Сотрудник «информагенства» еще порылся в бумагах, полистал и сунул нам какую-то брошюру, кому-то позвонил, и наконец, утвердительно сообщил, что паром на Фулиду таки завтра. У стойки мы провели пятнадцать-двадцать минут.

Мы вышли из укрытия – так можно назвать аэровокзал без фасадной стены – и уточнили у служащего аэропорта, где происходит посадка на «обычный-паром-каким-местные-пользуются». Паром – это плоскодонка с широкой палубой, рядами сидений, с двумя членами команды. И он уже стоит на посадку.

Паром в аэропорту Мальдив. Фото: kiwitaxi.
И тут я увидел нечто неожиданное, нечто прекрасное и удивительное. Это цвет воды! Он изумрудный! Я нигде такого не видел, разве что на фотографиях, но почему-то всегда думалось, что фото приукрашено, отретушировано. Первое ощущение – такого не может быть! Но нет же, проходят секунды, а видение не исчезает! Вид такой необыкновенной воды привел меня в полный восторг. Это аэропорт, а что же будет на острове?!

Жара и высокая влажность снова заставляют исходить потом. Это от нагрузки, которую приходится тянуть на себе. Мы высадились с парома, сделали несколько шагов и
очутились на оживленной магистрали (в этом месте дорога называется Boduthakurufaanu magu), опоясывающей остров-столицу по периметру. Трафик очень плотный, но интенсивным движение, пожалуй, назвать нельзя: попросту нет участка, где можно как следует разогнаться.

На дороге много мотоциклов, кажется, даже больше, чем машин. Впрочем, присутствие машин на острове площадью в четыре квадратных километра выглядит немного странно. Прибывшие с нами на пароме пассажиры мгновенно рассосались, остановив такси или вызвав по телефону родственников с машиной или с мотоциклом.

 – О, вот почта! – воскликнул Влад. – Хочешь, зайдем, отправишь открытку домой?!
 – Конечно!

Мы перешли дорогу и зашли в хорошо кондиционированное помещение почты. Площадь перед стойками заставлена множеством стульев для посетителей. На прием работает система выдачи талонов. Впрочем, нам не надо на прием! Оказалось, что открытку или письмо отправить – это в соседнем помещении, на третьем этаже. Но там работают с десяти утра. Оставалось ждать минут пятнадцать, и мы решили отсидеться в кондиционированном помещении до открытия…

Десять часов – время открытия зала отправки корреспонденции. Влад попросил девушку показать все марки из кляссера, и мы подобрали целый набор для открыток. Я тут же набросал текст, наклеил марки и опустил открытку в почтовый ящик на выходе.

Открытка домой. Она дошла спустя месяц после отправки.
В Малé достаточно много гостиниц. Их рекламу не заметить на улицах просто невозможно. Вопрос лишь в цене, которую вы готовы заплатить. У кромки воды дешевое жилье искать, пожалуй, не стоит. Надо попасть куда-то в центральные районы города, где живут простые мальдивцы, а также гастарбайтеры из Бангладеш, Пакистана и Индии… Влад поступает привычным способом, когда надо найти дешевое жилье в незнакомом месте. Он останавливает такси…

Такси по дороге проезжает много, но остановить машину удалось не сразу. Только пустая машина остановится! Первые две пришлось пропустить – просили чересчур много. В рекламной брошюре, взятой в аэропорту, говорится, что такси в Малé стоит 25 руфий плюс 5 руфий за багаж. Мы сели в машину с вещами за двадцатку.

 – Куда едем? – поинтересовался водитель.
 – Туда, где можно снять недорогое жилье. Долларов за двадцать-двадцать пять.

Водитель кивнул, и мы поехали, огибая северо-восточную часть острова по периметру и обгоняя мотоциклы, запрудившие дорогу. В какой-то момент машина свернула куда-то вправо, и мы понеслись по внутренним кварталам непрестижного района. Поездка заняла около пяти минут. Машина остановилась у обочины возле перекрестка. Водитель сказал, что это и есть район с недорогим жильем. Влад расплатился, и мы оттащили рюкзаки под стену ближайшей постройки.

Малé
И вот тут – внимание: дешевое жилье не рекламируется! Вы не найдете вывески с названием гостиницы. Возможно, что даже скромной таблички «Rooms» тоже не будет (я не говорю уже о включенном в цену завтраке). Пока я стоял с вещами, Влад прошелся вперед и назад по улице, где нас выгрузили, и ничего подходящего не нашел!

 – Наверно, надо свернуть с улицы в переулок, – озадаченно сказал Влад. – Пока я ничего не увидел…
 – Пойдем!

С вещами мы прошли в переулок, где дома стоят так плотно друг к другу, что на улочку не проникает солнечный свет. В переулке курят, шатаются, громко переговариваются не обремененные заботами парни, одежда которых говорит об их весьма простом образе жизни. Рабочий класс – если такое определение уместно для «райских островов». Тут же в переулке проводится какой-то мелкий ремонт фасада невзрачной забегаловки, из-за чего громкие разговоры порой перекрываются визгом дрели.

Мы подошли поближе к простым парням из народа и спросили, не сдают ли тут жилье? Кто-то из них ответил, что сдают, но, кажется, сейчас свободного места нет. Не хотите проверить?! Нам указали на узкий проем между домами – дорожку с переулка к крыльцу дома. Поблагодарив, мы просунулись в указанную «щель» между домами. Рюкзак за спиной то и дело чиркает по стене – узко, тесно, сумрачно.


У входной двери – она открыта – несколько обшарпанных звонков с затертыми номерами комнат, несколько пар истоптанной обуви беспорядочно стоят у входа. Мы едва протиснулись через входную дверь и позвонили в звонок двери комнаты, находящейся прямо напротив входа. Никто не открывает. Звонить бесполезно.

Тогда можно попробовать подняться наверх. Где-то сверху доносятся звуки телепередачи, там можно у кого-то спросить. Наверх ведет очень узкая (!) лестница. Рюкзаки наши едва проходят в проем между стенами. Тут запросто может развиться клаустрофобия. Мы добрались до третьего этажа и уперлись в раскрытую дверь чьей-то комнаты. В комнате находятся две женщины и маленькие дети.

Влад спросил, не сдают ли здесь комнаты? Женщины, сразу обе, начали говорить, что здесь давно уже нет свободных мест, можно и не спрашивать…. С трудом мы развернулись на площадке у входной двери и сошли вниз. Я с облегчением выдохнул в переулке. Мы снова вышли к группке парней.

 – Так мы будем долго искать, – говорит мне Влад. – Ты побудь с вещами, а я налегке обойду район.
 – Хорошо. Может у этих парней спросить?

Влад подошел к ребятам, которые, если присмотреться, не выглядят агрессивно, а просто общаются они шумно. Спросил о жилье, и один юноша вызвался помочь! (В эту поездку, как я уже писал, нам часто помогают!) Влад ушел с ним. Его не было тридцать-сорок минут. Довольно долго для того, чтобы назвать задачу поиска недорогого жилья простой, не так ли?

Я сел у вещей на бордюр у стены дома и терпеливо стал ждать. Время от времени, из соседнего подъезда кто-то выходит, курит, что-то кричит по телефону… Приходили и уходили люди, прошли две женщины с покупками в пластиковых кульках и скрылись в том самом проеме, из которого побыстрее хочется выйти. В пяти метрах от меня иногда взвывает дрель в руках рабочего, занятого мелким ремонтом, – единственного, кто занят делом в этот утренний час.

Всматриваясь в обитателей переулка, я пришел к выводу, что добрая половина из них вовсе и не мальдивцы, а представители других стран – Бангладеш или Пакистана, или может быть Шри-Ланки… Разве где-нибудь индус или пакистанец селится один? – О, нет! Он приедет и перетащит за собой своих двоюродных братьев, школьных товарищей, парней с соседнего двора... Они будут толпой жить в одной комнате, пока что-то не освободится поблизости, и тогда часть из них отселится на свободное пространство, постепенно занимая собой район. Нам не найти жилься вблизи от такой общины!

Когда наблюдать за происходящим в переулке мне совсем уже надоело, и от сидения у стенки дома с кучей вещей начало ныть тело, Влад вернулся в сопровождении того же парня. «Студент», видимо, реально помог, потому что Влад попросил записать его имя (Азмиром /Azmir/ его величать) и номер телефона.

 – Нашел что-то? – я сгораю от нетерпения.
 – Да! И цена тебе понравится!
 – Да?! И сколько?
 – За двадцатку!
 – Не может быть! – Я полагал, что цена будет в два раза выше.
 – Да! Вот и паренек помог с поисками…

Мы тут же взвалили на себя рюкзаки и двинулись в направлении гостиницы. По дороге Влад рассказывает.

 – Нашли не сразу. Во многих местах занято. Я даже видел жилье за пятнадцать долларов. Но хозяин побоялся сдавать туристу из Европы. Там у него живут, наверное, нелегалы – рабочие со строек, уборщики улиц и подобная братия. Сначала сказал Азмиру, что есть комнаты, а потом увидел меня и испугался, сказал, что все занято уже, что его не так поняли. А в другом месте хозяин честно признался, что не имеет права сдавать туристам комнаты, потому что нет на это разрешения в лицензии, а если нарушит ее, то могут быть проблемы с полицией. В общем, нашли мы за двадцать долларов.
 – Это за комнату?
 – Да. Гостиница похожа на ночлежку. Называется «Imna». В комнате нет окон, но зато есть душ! Да и нам лишь ночь провести.
 – Хороший вариант, не сомневайся!


Таких гостиниц, как «Imna» не найдешь в туристических проспектах, их положение не наносят на карту города, о них, скорее всего, не знают гиды. В темноте вход в гостиницу не светится огнями, на входе нет консьержа и нет ресепшена. «Imna» находится в начале переулка, подобного тому, откуда мы только что ушли. Только переулок шире и длиннее.

Гостиница оказалась не совсем гостиницей. Она больше напоминает четырехэтажный дом, где сдаются комнаты. У входа на лестницу стоит убогий столик. В разное время суток за ним были мужчина средних лет, бабуля преклонного возраста, малец среднего школьного возраста и пожилой сеньор. Кто-то из этих людей всегда встречает у входа. Не понятно, как они распознают своих жильцов: не помню, заполняли ли мы какие-то бумаги?

Мы заплатили за жилье и получили ключ. Мужчина провел нас к комнате, поднявшись с нами по лестнице на четвертый этаж. Здесь из коридора есть выход на длинный балкон, через открытую дверь которого в коридор заходит городской шум и теплый воздух улицы. В коридоре ничего нет, кроме старого запыленного шкафа с каким-то хламом, вынесенного сюда, по-видимому, одним из жильцов. В коридор выходят двери пяти-шести комнат. Все заперто.

В сопровождении мужчины из «приёмных покоев» мы прошли к самой дальней двери, и наш сопровождающий отпер ее. Из темного помещения через открытую дверь на нас повеяло запахом плесени и сырой извести. «Консьерж» пошарил рукой по стене за дверным косяком и щелкнул выключателем. Несколько раз вспыхнув и, наконец, поборов непроглядный мрак, загорелась слабая лампочка. Мы зашли в комнату. Мужчина несколько раз щелкнул другим выключателем и показал, что вентилятор на потолке работает. На этом его миссия выполнена. Он оставил ключ нам и удалился.

В комнате без окон вентилятор на потолке просто жизненно необходим. Без него долго не протянешь в жаре, во влажном, удушливом помещении. Большая часть площади комнаты отдана огромной кровати. На ней что-то простелено, но никто не обещал, что это белье будет идеальным. Нет, оно не идеально. Тут уж для собственной безопасности лучше воспользоваться спальным мешком и футболку не снимать… У стены есть новый стол и пара пластиковых стульев. Пол выложен белым кафелем. Гипсокартонной перегородкой отделена от основного помещения ванная комнатка, она же – туалет.

Очень характерный для Малé переулок в старом районе
Дорога, жара и высокая влажность сделали нашу одежду влажной, угрожающей вскоре и вовсе «испустить дух». После душа мы принялись за стирку, перестирав накопившиеся за несколько дней вещи. Стирать приходится прямо в умывальнике (а как же еще!). От обильных водных процедур воздух в комнате сделался очень влажным. Дверь открыли в коридор нараспашку, работает вентилятор, но, кажется, это слабо помогает. Стены в ванной пропитались водой и испарениями, запах сырости не выветривается.

Ну и плевать! Мы достирали, натянули веревку под потолком от шкафчика к двери и развесили белье сушиться. К этому времени начали появляться соседи по этажу. Я заметил двух мужчин, куривших на балконе. Закончив с «домашними делами», мы стали собираться на улицу для детального знакомства с Малé и еще – чтобы пообедать и купить сим-карту.

Идти мы решили налегке, ведь даже мой рюкзак ручной клади весит около восьми-девяти килограмм. В целях безопасности, все, кроме мокрого белья на веревке, снова было возвращено в рюкзаки, а их мы спрятали под кроватью. «Если вор попадает в комнату, он берет в первую очередь то, что лежит на виду», – поясняет Владимир. «Чтобы достать рюкзаки наши, надо заглянуть под кровать, а потом ее еще и приподнять. И держать приподнятой, чтобы вытащить рюкзак, а это одному сделать совсем непросто. Если времени мало, то шансы, что вещи останутся целыми, повышаются».

Мы вышли в коридор, Влад запер дверь в комнату, и мы направились было к лестнице на выход. В коридоре в это время находится какой-то мужик неблаговидного вида (мы и сами частенько выглядим неблаговидно, признаюсь вам!): смуглое, обветренное лицо, рубаха в блеклую клетку из «second hand» или просто заношенная и выгоревшая; простые серые шортики…

Он курит прямо в коридоре, выдувая дым дешевой сигареты в раскрытую дверь балкона. Воздух с улицы заходит в помещение, и этот дым рассеивается в окружающем пространстве коридора, заполняя воздух запахом дешевого табака. Когда мы были почти у лестницы, я поймал на себе взгляд этого соседа. Его глаза просканировали меня сверху донизу. Наверное, это же ощутил на себе и Влад, потому что он внезапно остановился перед ступеньками вниз.

 – Ты видел этого типа?
 – Конечно! – я не мог его не заметить.
 – Что он тут делает?
 – Курит, наверное….
 – Он мне не нравится. Мы сейчас уйдем, и он это видит… И комната (наша) будет полностью в его распоряжении…
 – Ты думаешь…
 – Ага. Лучше не рисковать. Я заберу свой рюкзак.
 – Тогда и я тоже…

Мы вернулись в свою комнату и забрали «малые» рюкзаки с ценными вещами. Потому что лучше не рисковать всем, если зародились подозрения. Одной ошибки достаточно, чтобы все пошло не так…

* * *

Малé… Это город-остров. Компактный, насколько это вообще возможно. Не такой перенаселенный, каким когда-то был Коулун (Kowloon). Но здесь живет четверть населения страны. В городе до сих пор есть места, где что-то строят, но в целом, площадь уже застроена. Современные здания и государственные учреждения, в основном, находятся у береговой кромки, а старый город с узкими улочками, с ночлежками, местами общепита для простого народа находится в центральной части Малé.

Так выглядит «типичный» мальдивец: перемещается на мотоцикле по городу (с площадью всего 4 кв.км), носит крутые очки (должен еще быть крутой телефон в кармане – это и все из крутого), все прочее – неброское. Мужчины носят длинные вьющиеся волосы (у «мачо» на фото волосы короче, чем у многих его земляков) и щетину на лице.
Мы относительно долго искали место, где поесть недорого. Такие заведения имеют несколько простых столиков, в помещении стоит запах еды, и там все время кто-то ест. Столики не сервируют, да и выбор блюд скромен – обычно четыре-пять на выбор. Есть питьевая охлажденная вода, бесплатно. Цену стоит спросить заранее… Да, на входе таких забегаловок обычно ничего не пишут, рекламы себе не делают: клиенты и так знают, где поесть недорого.

Еще один типичный «самец». Мужчина стоял у порога своего дома на острове Villingili (ближайший остров от Малé) и просто глазел по сторонам. Жизнь мужчины, коренного жителя Мальдив, выглядит размеренной и беспечной для нас, сторонних наблюдателей…
Забегая наперед, замечу, что несколько раз, обходя улицы Малé в поисках харчевни (мы были в разных частях города), мы проходили мимо нее, не замечая. Однажды, мы нашли такое заведение по запаху, разносившемуся по переулку. В другой раз помогло сориентироваться присутствие на улице группки людей, одетых по-простому. Стояли они у дверей такой забегаловки…

Места такие следует искать в старых непрестижных районах Малé, на боковых улочках, вдали от государственных учреждений, гостиниц с яркими вывесками и магазинов, рассчитанных на туристов и торгующих сувенирной продукцией или китайским «эксклюзивом».

А так одеваются женщины на Мальдивах в городе (столица и ближайшие острова). Вообще, это строгий вариант женской одежды… 
Если говорить о достопримечательностях Малé, то их совсем немного, и многие объекты сосредоточены на внешнем периметре, недалеко от воды и, в основном, в северной части острова. Гуляя пешком, можно все обойти и осмотреть за пару часов. Однако не столь интересно ходить там, где туристы, – те немногие, что остаются в городе в ожидании обратного рейса самолета или парома на остров, – все истоптали и отсняли на камеры.

Интересно побродить по многочисленным узким улочкам и посмотреть, как люди живут. И вот что любопытно: несмотря на сложившееся представление о дорогом, эксклюзивном отдыхе на Мальдивах, что, по большей части, является правдой, простой народ живет вовсе не богато. На острове (Малé) я не увидел дорогой недвижимости, кроме отдельных отелей и некоторых исключений, вроде резиденции Президента страны.

Девушки у воды. Береговая линия острова Villingili.
Мальдивы – это мусульманская страна. Увидеть девушку без платка на улице – довольно большая редкость. Именно платок (хиджаб) является обязательным элементом одежды мусульманки. Здесь, на Мальдивах, женщины даже джинсы носят (нередко и обтягивающие), что просто недопустимо в странах шариата. Фотоаппарат, лежащий рядом с вещами, может говорить о том, что девушка с непокрытой головой – туристка
Город переполнен мотоциклами, да и машин тоже хватает. На мотоциклах здесь буквально в булочную ездят, не говоря уже о поездках на работу или в другую часть города. Утром матери верхом на «двухколесном друге» привозят к порогу школы своих учеников, а потом уезжать не спешат – женщины, словно банды байкеров, собираются в группки, и не слезая с «седла», щебечут, щебечут, щебечут … Можно только представить, как долго это продолжается...

Малé компактный и довольно чистый город. Есть лишь один недостаток – переполненность транспортом улиц, как центральных, проходящих вдоль периметра острова, так и довольно узких переулков и улочек, зажатых между домами в центральной части города.

Жители Малé перемещаются, преимущественно, на небольших мотоциклах. Этот транспорт – просто какой-то «пигмей» в сравнении с «Харлеем» – рассчитан на человека небольшого роста. На таком мотоцикле можно прорваться в любую «щель» между домами, припарковаться у кафе или госучреждения, даже если кажется, что места не осталось. Я не увидел каких-то платных мест парковки, специальных площадок для стоянки или знаков, разрешающих или запрещающих стоянку. Тут полная свобода.

Дети на улице поселка в Villingili. Странно, но в мяч почему-то играли только девочки, а мальчики просто стояли в сторонке… Обратите внимание, как много людей на улице просто отдыхают (время 16.30, суббота). Традиционный район с размеренной жизнью.
Удивительно даже, что мотоциклы имеют номерные знаки, ведь они никогда не покинут остров. Эта регистрация, возможно, нужна, чтобы хозяин смог отыскать своего «коня» в стаде подобных ему и уплатить налоги раз в год.

В отличие от туристических районов, таких, например, как египетский Луксор, к туристу на улицах никто не цепляется, не притормаживает у дороги и не сигналит, не предлагает отвезти куда надо и не навязывает сувениры. В этом отношении гулять по городу очень приятно и легко. И без всякого транспорта за пару дней вы легко освоитесь и почувствуете здесь себя комфортно.

Резиденция Президента «Mulee-Aage», Малé
Интересный момент. Сколько ни гуляли мы по улицам Малé, я, кажется, ни разу не видел пункта обмена валюты. Правда, сегодня суббота, и банки закрыты. Официальное время работы банков в рабочие дни (не сегодня!) – до 15 часов: нельзя в тропическую жару сильно напрягаться.

Потому он и рай на земле, чтобы жить в комфорте, а работать, – то лишь для разнообразия. Жизнь на островах течет вяло и размерено. Как подсказывает логика, в банках должны менять деньги, но Влад уверил меня, что есть другой вариант. (Валюту еще меняют в аэропорту, но я не про этот очевидный ход).

Один из красивых тенистых районов центрального Малé (по-моему, это здание Министерства внутренних дел)
 Для жизни на острове, куда мы планируем отбыть завтра, требуется обменять денег столько, чтоб хватило дней на десять-двенадцать. Я не помню, сколько Влад собрался менять, но по моей оценке, это должна быть сумма не менее $400.

Мы шли по какой-то улице со складами и магазинами с хозяйственными товарами, когда Влад остановился у ворот склада, где лежат отделочные материалы и пиломатериалы: деревянные шпалы, ДСП, листы гипсокартона. У столика кладовщика стоят человек пять мужиков, похожих на прорабов строительной артели.

Старик у исламского центра Малé
Мы вошли через приоткрытые ворота, и Влад смело направился к «прорабам». Поздоровавшись, он сразу предложил купить у него валюту (доллары). Для меня это было полнейшей неожиданностью, поскольку ничто не говорило о том, что здесь вообще такой вопрос уместен…

Как оказалось, вопрос уместен. Доллары нам охотно поменяли на руфии. Как пояснил Влад, когда мы вышли из ворот склада на улицу, строительные компании покупают все эти пиломатериалы и доставляют на корабле в порт Малé, откуда материалы переправляются на острова. Расплачиваются строители валютой, которую покупают в госбанке, вероятно, с определенным лимитом. Поэтому строители и близкий к ним бизнес заинтересованы в покупке долларов.

Мамки на байках (недалеко от школы). Пока дети учатся, можно поделиться новостями и отвести душу с подругами
Купить сим-карту в Малé оказалось настоящим квестом. Может быть, потому что суббота?! Где только мы не бродили в поиске магазинов! Всякий раз магазинчик оказывался запертым. Суббота ведь!

Наконец, кто-то подсказал сходить в центральный офис одной из компаний (на островах работают две компании). Это был последний шанс решить вопрос со связью сегодня. К счастью, центральный офис (компания Dhiraagu Mobitel) работает…

Мотоциклы, мотоциклы… везде мотоциклы. Малé
Охранник у входа указал путь на второй этаж. Мы поднялись по лестнице и очутились у входа в просторный зал. Здесь еще один охранник работает, он проводит посетителей через стеклянные двери, за которыми – кондиционированный микроклимат, в котором, укрывшись от жары и, заодно, от холода кондиционированного воздуха, трудятся с десяток женщин, одетых, как и подобает дочерям Аллаха, в традиционные одежды мусульманок.

Посетителей почти нет. Все работницы заняты с клиентами, и еще один ждет на диване своей очереди. Охранник сказал, что надо получить номерок, потому что тут давно избавились от «живой очереди». Видя наше замешательство, он быстро прошел к автомату, что-то набрал на дисплее, и умная коробочка с электронными мозгами бесшумно выплюнула бумажку с цифрой в электронной очереди. Бумажку он вручил нам, и улыбнувшись, предложил сесть, подождать. Мы сели на диван. На лице у меня выступила испарина – на улице такая жара, а тут просто оазис, уходить не хочется!

Узкие улочки внутренних районов города порой основательно заставлены рядами мотоциклов и оттого выглядят труднопроходимыми. Малé
У сотрудниц Dhiraagu в руках планшеты. Никаких бумаг. Над столиками есть табло, где должен загореться номерок нашей очереди. Ждем. Тихо в зале. Не проходит шум с улицы – не отвлекает от важной работы; не проходит прямой солнечный свет – жалюзи установлены на окнах; не нарушают покой и шаги клиентов от дивана к оператору – устлан пол просторного зала ковролином. В таком помещении и в субботу поработать можно, потому что, как мне кажется, дома у многих условия жизни скромнее будут…

Номерок высветился спустя несколько минут с момента нашего прихода. Мы двое подошли и присели к столику. Девушка приветливо улыбнулась и спросила, что привело нас к ней в этот субботний день?

Мальдивские женщины на байке – обычное зрелище в Малé!
«Сим-карта, активация номера, тарифный пакет с мобильным интернетом!» Понятно?

Как жаль, что не так: «Чудесная мелодия арфы, плачущей в ваших руках, о госпожа!»; или так: «Сладкие речи, сорвавшиеся с ваших алых губ и усладившие мой слух, подобно вину цвета рубина, томившемуся в прохладном погребе, утолившему жажду путника в этот знойный день!» Но нет, все куда банальнее… Сим-карта! Интернет!

Девушка утвердительно кивнула. Девушка на этом «собаку съела». (Ой, шайтан, грех-то какой – собаку в мусульманской семье даже и не держат! Нечистое это животное. Почти такое же отношение к ней, как и к свинье). От нас требуется паспорт, на чье имя будет регистрация сим-карты. Я протянул свой. Девушка предложила несколько тарифных планов, мы что-то выбрали, и дальше пошла процедура оформления. Я заполнил и подписал какие-то формальные бумаги. Влад попросил активировать карту на месте.

Мне пришлось расчехлить смартфон, снять крышку и вынуть украинскую карточку. Девушка вскрыла стартовый пакет, выломала сим-карточку из пластикового держателя и вставила в телефон. Что-то набрала, отослала, пришла смс и… вуаля! Готово. На бумажке она написала комбинацию цифр для проверки состояния счета и вручила ее мне. Пользуйтесь! На месте мы расплатились за стартовый пакет. Он действует три месяца, если не путаю.

Проблема со связью, похоже, решена. Мы, довольные, покинули офис, снова окунувшись в тропическую жару улиц.

* * *

Малé и ближайшие острова.
Есть к западу от столицы один живописный остров, где стоит побывать. Называется он Вилингджили (Villingili) или другое название его – Вилли-Малé (Villimalé).

Уборщики мусора на перекуре (судя по содержимому их тележки, мелкий мусор они вовсе не замечают. Кругом разбросаны обрывки кульков от упаковки, но они настолько «микроскопичны», что внимание на них просто не фокусируется…) Улица на острове Виллингджили
Интересен он тем, что здесь сохранился традиционный уклад жизни, нет транспорта, нет городской суеты, свойственной Малé. Тихо здесь и спокойно. Круглосуточно курсирует паром с юго-западной бухты Малé (на карте выше – позиция 24). Здесь открылся второй по счету курорт для иностранных туристов, когда Мальдивы еще не были центром туризма.

Остров Villingili. Вид с высоты птичьего полета. На заднем плане виден Малé. Фото: wikimedia.
* * *
Из переписки с Викрамом:
14.04.2017 (отправлено из Курана, возле аэропорта Bandaranayike International, Шри-Ланка)
Vlad: Dear Vikram, I’ll be off for Male tomorrow for a few days. Please keep me updated on the development via my email. The Sri Lanka sim-card will probably not work there! Again, happy New Year to you and your family! Vladimir
(«Дорогой Викрам! Я уеду в Малé завтра на несколько дней. Пожалуйста, держите меня в курсе о развитии ситуации по e-mail! Сим-карта Шри-Ланки, вероятно, там работать не будет! Еще раз, с Новым годом вас и вашу семью! Владимир»)
15.04.2017 (Получено в Малé)
Vikram: Ok, Vladimir. I’ll be at office Monday and try to call defence to get approvals asp. Anyway lets meet before u leave from here. Don’t be afraid. Use the ham free. U are guest know. Its ok. Have a nice day. God bless u
(«Ok, Владимир. Я буду в офисе в понедельник и постараюсь созвониться с вояками, чтоб получить ксиву как можно скорее. Как бы там ни было, давайте встретимся до вашего отъезда. Не переживайте. Работайте (в эфире) свободно. Все пучком. Хорошего дня. Храни вас Всевышний»)
Vlad: Dear Vikram, I’m in Male now. I would be here for about a week. I should be back to Colombo then and would be happy to meet you somewhere. Hopefully, the MOD will have the approval ready by then. If it is OK, I will go the North and Jaffna. Happy New Year to you again! Vladimir
(«Дорогой Викрам, я в Малé. Я буду здесь около недели. Затем я должен вернуться в Коломбо, и буду рад встретиться с вами где-нибудь. Надеюсь, вояки из «МУДА» подготовят к тому времени разрешение. Если они, наконец, разродятся, я отправлюсь на север, в Джафну. Еще раз, с Новым годом! Владимир»)
— — —

Fulidhoo. День первый

«…Влад тут же подошел к кассе, но ему было велено
ждать положенного времени». 
Причал Юго-западной бухты. Малé.
16 апреля 2017, 08:07

Мы встали рано. Уже к семи утра мы покинули «номер без окон» в «Imna» и выбрались на свежий воздух. Влад переживает, чтобы нам достались билеты на паром до Фулиду – острова, который наметили заранее, как место будущей дислокации.

Билеты предварительно не продаются. Их продажа открывается лишь за два часа до отправления. Видимо, чтобы местные жители могли всегда гарантированно добраться, чтобы билеты не перекупили какие-нибудь туристические группы.

Отправление парома на Фулиду (через Маафуши, с непродолжительной остановкой там) – в десять утра. Мы были на причале уже в полвосьмого. Очереди нет. Вообще пассажиров не видно! Первые мы!!! Влад тут же подошел к кассе, но ему было велено ждать положенного времени. В восемь открылись продажи, и мы вскоре стали счастливыми обладателями пары билетов на паром.

За билетными кассами, под навесом, прямо у воды находится зал ожиданий, заставленный стульями. Мест хватает на всех! Посадка идет только на один корабль (паром). Служащий причала открывает шлагбаум на посадочный трап, только когда судно надежно пришвартовалось. Объявляет рейс, и пассажиры неторопливо заходят на палубу. У местных жителей с собой вещей почти нет. Едут школьники, едут женщины с легкими дамскими сумочками, и только туристы тащат за собой чемоданы. Впрочем, туристов мало.

В положенное время причалил паром, и пассажиры без всякого ажиотажа взошли на борт. Два члена экипажа помогают с вещами, а дамам даже руку подают. Никаких буйнопомешанных пассажиров, штурмующих троллейбусы в часы пик в наших городах! Все перебрались на паром, всем места хватило, никто не скандалит «за места у окошка». У кого вещи тяжелые – тому команда помогает, чтобы правильно распределить вес на судне, складывая багаж в отведенном месте у центральной линии судна.

Билеты до Fulidhoo (атолл Вааву). Цена одного билета – 53 руфии (эта информация пригодится для понимания одного из эпизодов в последующем повествовании!).
Мы выбрали места на лавке у правого борта, поближе к капитану. Палуба корабля, пассажирская зона, накрыта металлическим навесом. Когда паром отчалил и от небольшого ветра начало немного забрызгивать, команда тут же опустила брезенты по периметру. Брызги больше не летят, но и обзора нет. Только через стекло кабины капитана. Да и то, стекло тоже немного забрызгивает, и видно плохо.

Но у нас настолько крутой капитан, что ему, кажется, достаточно и навигатора. На устройстве, напоминающем планшет, изображена карта той точки, где мы находимся: острова и глубины отмечены разными цветовыми пятнами. Карта медленно перемещается по экрану по мере движения судна.

Капитан постоянно треплется с кем-то из команды, развалившись в своем потертом кожаном кресле, привинченном намертво к палубе, напомнившем мне кресло в парикмахерской. Если паром трухнет от посадки на мель или пассажиров смоет волной, то и тогда «босс» останется на своем посту, в своем кресле, устойчивому к качке. Капитан покидает корабль последним! Никакая «катаклизьма» не сможет выковырять капитана из любимого кресла!

«Кэп» парома «включил автопилот»
Есть у «трона» мощные ручки, вращаться может он и регулироваться под рост хозяина. «Кэп», в конце концов, так расслабился в нем, что перешел на ножное управление. Расплывшись в кресле и подперши бок любимой диванной подушкой, он буквально взял штурвал ногами, иногда корректируя курс правой пяткой али левым носком, огибая мели, прорисовывающиеся в верхней части экрана навигатора…

От такого нетривиального зрелища утренняя сонливость у меня мигом прошла, я быстро полез в рюкзак за фотоаппаратом, чтобы заснять «асса восемьдесят шестого уровня» в действии.

Влад вскоре ушел «поспать на крыше»: брызги туда не достают, и мели видно наперед сквозь кристально-прозрачную воду. Пассажиры сидят на лавках и стульях в несколько рядов. Те, кто постарше, начинают дремать, ну а дети – те, наоборот, «расшевелились», и не все сидят на своих местах. Плыть до Фулиду более трех часов. За это время малыши отоспятся, наиграются, набегаются по периметру пассажирского отсека; начнут есть, потом пить, и снова есть… Потом еда кончится, и родители станут покупать припасенные на борту запасы чипсов, крекеров и драже… и снова воду.

Малыш-грудничок в паре метров от меня попьет молока из бутылки, поест печенья, срыгнет на широкобедрую мамку прямо ей на платье, зальется криком, «попсишит», поспит, снова поест, покапризничает, наделает в памперс…. И так всю дорогу до Фулиду… в разной комбинации этих мини-событий.

Отель-остров южнее о. Maafushi (в 10–15 минутах ходу)
Впрочем, не обязательно все это слушать! Можно выйти на нос судна из-под навеса и полюбоваться морем. На начальном отрезке пути мы проплываем мимо нескольких отелей-островов, – островов, отведенных исключительно под туристическую инфраструктуру. С палубы хорошо просматриваются медленно проплывающие в стороне ряды домиков на сваях, стоящие в воде кораллового цвета. Сколько я ни всматриваюсь, почти никого не вижу из отдыхающих.

Вот острова остаются позади и смотреть больше не на что. Солнце ощутимо припекает. Я постоял немного и снова спрятался под сень крыши пассажирского отсека.

Большинство пассажиров – мальдивцы (может, по аналогии с языком островов, правильнее называть их дивехами?!). Есть среди пассажиров небольшое число туристов, путешествующих не в группе, индивидуально. Напротив меня, по левому борту, едут женщина средних лет и две ее дочери лет пятнадцати-шестнадцати. Итальянцы!

На пароме. Молодая женщина с двумя детьми выглядит весьма фотогенично. Я навел было камеру на нее, но сквозь глазок объектива увидел какой-то недобрый взгляд ее мужа. Сделал один кадр и больше решил не снимать…
Большинство пассажиров молчат, но мать с взрослеющими дочерьми находится в состоянии перманентного вялотекущего диспута – взрослеют дети! Мать уже не всегда права! Именно поэтому я и знаю, что они из Италии. Красивый язык, даже когда на нем спорят или оспаривают. Все трое вышли на Маафуши спустя два часа с небольшим от начала поездки. Через несколько дней я увижу их и на Фулиду. Недолго они там будут, всего пару дней …

Думаю, что большинство туристов в этой лодке именно так и будут путешествовать по Мальдивам: от одного гэст-хауса к другому, переплывая с одного острова на соседний. Это вариант бюджетного отдыха, ведь комната в гэст-хаусе на острове вроде Маафуши, где и местные жители живут, обойдется в 40…80 долларов. Это значительно дешевле, чем домик или номер в островном отеле.

Туристы сошли на берег о. Маафуши
Паром причалил к Маафуши в районе полудня. Лучи, отражаясь от песка и воды, ослепляют. На берегу уже ждут! Менеджеры отельчиков и гэст-хаусов с табличками в руках встречают прибывших. На табличках – названия «Isle Beach Inn», «Triton Beach», «Shadow Palm»… Вероятно, часть прибывших на остров места забронировали. Ну а если нет, то сейчас их «найдут» и затащат заманчивым предложением. Да разве не для этого они сюда и приехали?!

В тринадцать сорок пять показались берега острова Фулиду. Пассажиры оживились, и мы тоже приготовились к высадке.

Остров Fulidhoo, атолл Vaavu.
1 – Причал; 2 – Hammerhead Beach View and Spa. Место расположения радиостанции 8Q7VB; 3 – STELCO power house (генераторная станция); 4 – Мечеть; 5 – Администрация острова. Возле администрации пустует мачта (~18 м), которой мы воспользовались; 6 – Магазин Hammerhead II (I). Здесь, в первый же час пребывания на острове произошла встреча, определившая последующие события; 7 – Кафе Mosaic; 8 – Футбольное поле с огромной мачтой у оконечности острова. Мачта есть также с противоположной оконечности острова. Та, другая, ниже; 9 – Детский сад; 10 – Концертная площадка. Сюда под заезд туристов привозят художественную самодеятельность с этно-музыкой и танцами; 11 – Место на пляже, где была свадьба. Фото: londonerinsydney.
Паром причалил к деревянному пирсу. Как только закрепили канаты, началось! Первыми сошли на берег местные жители и тут же разбежались по тропам, вглубь острова, к своим домам. Туристы выкатывают чемоданы, команда парома помогает снять их с палубы на дощатый мост, ведущий к берегу с ослепительно-белым песком.

Как только основная масса пассажиров сошла с парома, начали разгружать товары для магазина, строительные материалы, мешки со строительными смесями… У берега уже подготовлены тележки для перевозки товаров. Несколько человек терпеливо ждут посадки. У кромки воды, как и на Маафуши, стоят два-три менеджера из гэст-хаусов, лоджий и чего-то там еще, ориентированного на приезжих.

Я вытащил свой рюкзак на песок и остановился, наблюдая за погрузкой на паром, потом за несколькими туристами, которых немедленно увели в прибрежные кусты селиться. Ведь надо успеть им и на пляж сходить! Полдня еще купаться!

Выгрузка с парома на о. Фулиду
Когда я оторвал взгляд от исчезающих в тени зарослей отдыхающих, чемоданы которых уже тащил кто-то из работников «сферы услуг», то заметил, что Влад с кем-то беседует. Рядом с Вовой стоят два бородатых мужика. Если бы не рюкзаки и сумки, я принял бы их за местных.

Подойдя поближе, я понял из их разговора, что Влад зондирует почву на предмет вариантов жилья. Оказалось, что эти двое – индусы, работающие в местной школе преподавателями. Их поселили в каком-то помещении (возможно, там же, где и прочих туристов), но за жилье они не платят…

Преподаватели-контрактники из южной Индии. Крайний справа – Джитеш (Jitesh)
Случилось так, что я имел разговор день спустя с одним из них – с Джитешем. Мне хотелось узнать, как ему живется и работается на райском острове? Мой собеседник ответил, что рай – то для туристов, приезжающих на несколько дней, а когда на острове находишься несколько месяцев, то ничего райского уже не видишь.

Остров небольшой, досуг однообразен, море и пляж – это всего лишь вода и песок, и плюс палящее солнце. И время монотонно тянется изо дня в день. Зарплата? – Она могла бы быть и выше. «Контракт закончится через несколько месяцев и продлевать его не буду», – резюмировал молодой преподаватель по «экономике и развитию бизнеса».

Когда Влад закончил беседу, он попросил меня обменяться номерами телефонов с Джитешем. На всякий случай. Но случай так и не представился… Дальнейшие события начали складываться так удачно, будто сам Всевышний решил вмешаться в дела наши и указать верный путь.

Возле причала есть кафе. Надо где-то оставить вещи, и оставить их в кафе вполне нормальный вариант. Местные жители воровать не станут (я уверен в этом!) – это же маленький остров! Под сенью кафе за столиками отдыхают несколько человек. Пьют кофе или напиток из бутылки.

Напомню, что алкоголем не торгуют. Да и сама такая мысль родиться не может здесь, где чтут Коран и Пророка, да благословит его Аллах и поприветствует! В кафе поесть не ходят. Во всяком случае, не в это. Здесь только напитки, а из еды максимум – это бутерброды. Поесть можно, конечно, но долларов за двадцать. Но оставим пока что еду и займемся насущными делами – поиском жилья.


Бармен разрешил оставить вещи, мы сложили все кучкой в дальнем уголке у стенки и отправились налегке на осмотр острова. Свернув на тропинку сразу за кафе, мы вышли на широкую улицу (отрезок пути, укладывающийся между цифрами 5 и 6 на плане острова, смотри выше).

Это название – «улица» – условно, потому что нет ни номеров на домах, ни названия ей не придумали, нет и жилых домов, а те, что были когда-то – большинство стоят заброшенными. Но тропой ее тоже не назовешь – это самая широкая дорога, и идет она вдоль большей части острова, вытянутого селедкой с запада на восток.

На дороге этой находится бóльшая часть магазинов (туристические, с сувенирной продукцией, которые открываются на несколько часов, только когда на остров приходит корабль с туристами, и продуктовые, работающие весь день). Пройдя несколько метров по этой широкой дороге, мы очутились у дверей какого-то магазина.

 – Зайдем? – предложил Влад.
 – Зайдем!

Влад распахнул дверь, и мы прошли в прохладное помещение. В магазине только продавец. Поздоровались (Салаам Аалейкум!). Площадь магазина, до двадцати пяти квадратов, уставлена полками с товарами. Большинство продуктов – в упаковке. Консервы, макароны, брикеты с полуфабрикатами, есть и молоко длительного хранения… Уголок с овощами: здесь есть бананы, картофель, капуста, морковь, папайя (!).

Цены приемлемы, если поступать так, как обычно мы делали в местах с высокой ценовой планкой по продуктам питания. Берем овощи – капусту, морковь, помидоры. Все это не бывает супер-дорогим. Берем бананы, они по миру не выбиваются сильно в цене. Вот вам и салат. Соль не забудьте. А вот основным ингредиентом на завтрак, да и на ужин, у нас будет местный вид «Мивины» («Роллтон»). Есть в продаже (индийского производителя, с приправой двух степеней остроты). Цена порядка три штуки на доллар. Другие варианты питания из магазина затратные…

Впрочем, я увлекся. Мы ничего пока не покупаем, потому что сейчас некуда нести покупки. Но изучение ассортимента тоже полезно для понимания дальнейшей стратегии питания.

Прошла минута или две, и колокольчик у входной двери зазвонил, оповещая о приходе очередного покупателя. В магазин зашел смуглый пожилой мужчина в однотонной рубахе, в обычных серых штанах, обутый во вьетнамки. Лицо его темное (как у многих мальдивцев), выгоревшее на солнце. Лоб изрезан глубокими морщинами. Мужчине за шестьдесят. Ничего необычного – простой местный житель. Разве что… Разве что из кармана его рубахи торчит колпачок ручки, зацепленный своим зажимом к борту кармана.
Этот нюанс почему-то бросился мне в глаза.

Во времена, когда я учился в аспирантуре, один из сотрудников кафедры говорил мне, чтоб я носил везде с собой ручку, потому что, порой, идеи и интересные мысли приходят в самых неожиданных местах. К совету я прислушался, и ручка в кармане не раз меня выручала…

Сейчас эта деталь показалась мне выбивающейся из гармоничной картины мира, неправильной, неуместной. Ведь люди не станут просто так таскать с собой ручки на тропическом острове, еще и в нагрудном кармане, куда, скорее, сигареты положат. Но зрение не обманывает: в магазине я вижу мужчину, у которого есть ручка в кармане, как и у меня когда-то была!


Наверное, я бы про все это тут же и забыл, если бы не разговор, который вдруг завел Влад… Он просто подошел к «аборигену» и поздоровался…

 – Салаам Алейкум!
 – Ва-Алейкум Ассалаам! – ответил незнакомец.

Голос у него скрипучий и довольно грубый. Слова, словно по шпалам вагоны, груженные окатышами, с грохотом проносятся по горлу, теряя всякую мелодичность на выходе. Так бывает, если все время приходится разговаривать на повышенных тонах, материться, повелевать, отдавать команды, требовать… и вдруг, надо сказать парочку простых фраз незнакомому человеку, не напрягая связки. А они уже привыкли работать под напряжением. Голос незнакомца звучит, как скрип несмазанной металлической двери гаража.

 – Можно у вас кое-что спросить?
 – Ну, попробуйте… если я могу чем-то помочь… – растерялся посетитель магазина.
 – Я вижу… – именно так и сказал Влад – «вижу», – что вы человек деловой, наверняка и многих знаете на острове…
 – А чего это вы решили, что я здесь многих знаю? – удивился собеседник. – И почему вы думаете, что я занимаюсь чем-то…
 – У вас ручка в кармане рубашки! Человек просто так ручку носить не станет. Вы ведете какие-то записи, часто пользуетесь ею. Думаю, что у вас есть какой-то бизнес… вы с бумагами работаете…

Не только собеседник Владимира удивился, услышав такое, но и я тоже. Мне до сих пор кажется недостаточным основанием наличие лишь одной ручки в нагрудном кармане для выводов… Так-то мужичок выглядит очень просто. Ну просто не отличишь от обычного островного пенсионера.

 – Ну, допустим, вы правы!...

Черт меня возьми! Да неужели?!

 – …есть у меня кое-какой бизнес, вот… например, магазин этот… Да и знаю я тоже всех здесь, и меня тоже знают.

Бинго!!! В десятку!

 – О, вот видите, бизнесмена сразу видно! – обрадовался Влад своему озарению. Ну просто – к Ванге не ходи! – Мы у вас еще покупателями будем регулярными, хороший ассортимент в магазине, – похвалил Влад хозяина продмага.
 – Приходите… А что за вопрос у вас?
 – Кстати, меня зовут Владимир.
 – Ахмет. – Наш новый знакомый пожал нам руки, и мы познакомились.

 – Мы только что приехали и ищем жилье…
 – На острове большое предложение для туристов, у нас много съемного жилья, комнат в гэст-хаусах…
 – Это жилье не совсем то, что мы ищем… Гэст-хаус не подходит. Да и не туристы мы, – добавил Влад.
 – Ну-у, если вы думаете, что будете жить здесь бесплатно, то в этом вы ошибаетесь! Все гости острова платят за жилье. Бесплатного для вас здесь ничего не будет!!!

Одна из островных гостиниц на о. Фулиду. «La Perla» – «Жемчужина»
Какая-то неправильная тональность разговора взята… У дядечки одни деньги на уме…

 – Нет. Ахмет, вы не так поняли. Мы готовы платить за жилье, но для нашего проекта требуются определенные условия – необходима площадка для размещения антенн…
 – Площадка? Антенны?.. Хм-м…
 – Да. Наш проект в области радиовещания. Мы изучаем прохождение радиоволн...

Кто бы мог подумать!!! Проект! Однако это наиболее простое объяснение. Ведь все приемники слушали? Радиостанции ловили телескопической антеннкой?

 – … а там, где расселяют туристов, совсем нет площадки под антенны. Именно поэтому мы подыскиваем подходящее место! Наверняка, вы можете что-то подсказать нам…

Ахмет задумался.

 – У нас есть официальная лицензия на такую работу, – продолжает Влад. – Выдана в администрации по телекоммуникациям в Малé Я могу ее показать. Там телефон указан. По нему можно позвонить и узнать интересующие вас подробности.
 – Хорошо. Возможно, я могу вам кое-что предложить. Но я должен вначале получить разрешение Островного Совета.
 – Конечно!

Встреча с Советом планировалась в любом случае. Именно Совет и решает все текущие дела на острове, где по переписи проживает около 240 жителей. А по факту, их значительно меньше (раза в два). Двести сорок – это зарегистрированных, но не обязательно проживающих здесь. Многие могут подолгу работать на других островах в сфере услуг или на строительстве в столице или заниматься рыбной ловлей. В дальнейшем у меня сложилось впечатление, что большая часть местных, находящихся на Фулиду, – это женщины и дети. Детей много для такого небольшого острова.

Еще одна гостиница –«Eveyla»
 – Где ваши вещи?
 – Мы оставили их в кафе у пирса.
 – А, понятно. Я схожу и приглашу на встречу представителей Совета, а потом заберу вас.
 – Договорились. Мы будем возле кафе у пристани.

Мы возвратились к вещам и стали ждать. Прошло минут десять. Пришел Ахмет и сказал следовать за ним.

Центральная дорога, тянущаяся почти через весь остров. Фото: londonerinsydney.
Интересно.
Цены в гестхаусах, гостиницах, мини-отелях, расположенных на о. Фулиду (могут изменяться, в зависимости от низкого или высокого туристического сезона):
  • Kinan Retreat (Beachside/ у береговой линии) – от $60;
  • Luau beach inn (Beachside/ у береговой линии) – от $55;
  • Eveyla guesthouse – от $45;
  • Malas island view – от $45;
  • Sancia lodge – от $45;
  • Island break – от $120;.
  • Thundi seaview (Beachside/ у береговой линии) – от $75;
  • Fulidhoo la perla – от $50;.
  • Fulidhoo ihaa lodge – от $40.
Источник: backpackerbanter

Ахмет легкой походкой идет впереди по тропе, огибающей несколько пальм у кромки пляжа. Мы тянем рюкзаки следом за ним; мои сандалии слегка зарываются в песок. По дороге я замечаю двух женщин, закутанных в платки (а как же иначе!), непринужденно орудующих специнструментом – пляжным вариантом граблей. Движения их неторопливы, работа неспешная. Они собирают редкие листья, опавшие с дерева на песок. Пожалуй, это и есть работа по найму: остров должен быть чистым!

Пройдя метров сто, мы свернули за новостройкой вправо и попали в длинный коридор, открытый с двух сторон и продуваемый теплым ветерком. В коридор выходят двери номеров гостиницы. Да, именно, это похоже на еще одну гостиницу, но коридор безлюден. Вторая дверь по коридору – офис администрации этого заведения.

Гостиница «Hammerhead Beach View and Spa». На момент нашего пребывания здесь к гостинице пристраивалось здание в три этажа, стройка была в разгаре, и поэтому жильцов в гостинице почти не было. Попросту еще не была запущена реклама. Номера на первом этаже готовы к приему гостей и имеют уровень «люкс» или «полу-люкс».
Ахмет открыл дверь офиса и предложил войти. Мы оставили вещи у входа, скинули обувь у порога и вошли в прохладную комнату. В комнате находятся два человека за стойкой, отделяющей служебное пространство от гостевого. Ахмет представил нам находящихся в офисе, как свою дочь и ее мужа. Они же – управляющие этой гостиницей. Мы поздоровались, и нам предложили присесть: представители Совета сейчас подойдут.

Не успели мы допить прохладную, охлажденную воду из любезно предложенных стаканов, как в комнату зашли два человека, одетые в костюмы. Неужели они и на работе сидели в таком вот виде?! Или зашли домой переодеться, чтобы выглядеть посолиднее?!

Костюмы на представителях Совета резко контрастируют с нашими пропотевшими футболками, пляжными шортами и сандалиями (вьетнамками), оставленными за дверями в коридоре.

Один из вошедших выглядит как какой-нибудь профессор географии: костюм, галстук, маленькая бородка, преклонный возраст. Его мягкий голос приятен на слух. "Профессор" не напорист, терпеливо выслушивает собеседника.

Его спутник напоминает «Паганеля» в молодости: тоже в костюме (подражает своему наставнику), но строен, молчалив, гладко выбрит. Я не запомнил их имен, потому что нам не пришлось больше пересекаться.

Представители Совета присели на стулья напротив нас. Ахмет тоже взял себе стул и сел чуть в стороне, позволяя процессу просто быть…

Пожилой глава Совета начал задавать вопросы, чтобы понять, кто перед ним, и что такого «особенного» мы хотим. Мы показали свои паспорта для начала. Потом Влад ввел в курс нашего «проекта» и показал лицензию, выданную в Телекоме, в Малé. Профессор и Паганель тщательно изучили информацию, внесенную в лицензию.


Потом сказали, что «наш случай» у них впервые, и что они извиняются и просят не принимать за неуважение с их стороны, но они-де желают позвонить в офис Телекома, чтобы задать несколько вопросов. Мы согласились, и Ахмет набрал номер, указанный в лицензии. Из Телекома ответили. «Профессор» что-то спрашивает на дивехи и долго слушает. Наконец, он окончил разговор и снова обратился к нам.

 – Все в порядке. Все законно. У Совета нет возражений!
 – Ну раз у Совета возражений нет, то и я не имею ничего против, – сказал Ахмет. – Делайте, что собирались делать.
 – Спасибо! – поблагодарили мы.

Представители Совета встали и простились, тут же покинув офис.

 – Если вам здесь нравится, – говорит Ахмет, – можете располагаться в этой гостинице. Тут еще идет строительство, поэтому жильцов почти нет…

Мы поблагодарили хозяина «Hammerhead» и попросили дать немного времени осмотреться и принять решение. А заодно – показать нам крайнюю комнату, выходящую окнами на пляж. Она потенциально удобна для расположения станции: не требуется далеко кабеля тянуть, да и антенны видны…

Ахмет понимающе кивнул, и мы последовали за ним к первой комнате. Ключ клацнул в дверях, и мы вошли в… кухню. Первой комнатой оказалась кухня! Полностью оборудованная, с плитой, с полным набором посуды, ножей, досок для готовки… Кухней пользовались редко или вовсе не пользовались.

На одном из столиков сложены продукты: масло подсолнечное, начатые баночки с джемом, стики с кофе, пакетированный чай, сахар в кульке. Последний обнаружили муравьи. С десяток огромных муравьев проникли в «сахарный рай», прогрызя дырку в пакете…

 – Здесь будет кухня для гостей. Но пока ею не пользуются.
 – И газ есть? – спросил кто-то из нас.
 – Нет, газ, к сожалению, закончился. Надо баллон заправить.

Огромные окна кухни в полстены выходят на пляж. Установлена москитная сетка, но это не проблема. Все было заперто до нашего прихода, поэтому в помещении очень душно и жарко. Сразу начинаешь потеть.

 – А здесь неплохо! – говорит мне Влад. – Прямо тут можно готовить, все есть. Кровати, правда, нет, но у нас же есть спальники. Можно на полу расположиться, ну или на пляже. Ночи теплые!
 – Да… Только здесь нет столика, на который можно поставить аппаратуру и работать за ним!
 – А сейчас спросим у Ахмета…

По дороге с пляжа, о. Фулиду
Но хозяин развел руками: нет ничего такого… Ну может, он что-то найдет, но не уверен…

 – Мы немного осмотримся, и потом переговорим. На первый взгляд все отлично! – сказал Влад Ахмету.
 – О'key. Осматривайтесь. Я подойду скоро.

Со стороны прибрежной полосы к гостиничной одноэтажной постройке пристраивается трехэтажное здание. Возведены стены и несущие перегородки. Наверху работают трое строителей (гастарбайтеры из Бангладеш). Мы взобрались на третий этаж по приставным лестницам, которыми пользовались строители.

Стена со стороны береговой линии отсутствует. Вероятно, здесь будут окна большого размера. И это удобно нам, потому что с уровня третьего этажа ничто не мешает установить шест у края стены и бросить антенны прямо на песок, к воде, до которой каких-нибудь пятнадцать-двадцать метров. Идеальное место!

В этой части острова, сразу за строящейся гостиницей «Hammerhead Beach View and Spa» находится судоремонтная мастерская – мелкая артель, на которой работают несколько мужчин. И больше на этой оконечности острова ничего нет. Значит и люди тут ходить не будут. Отличное уединенное место! Надо брать!

Теперь надо решить вопрос со столом. Хоть какой-нибудь журнальный со сломанной ножкой! Мы решили пройтись по острову, может что и заметим подходящее?!

Долго искать не пришлось. Столик нашелся в зарослях прибрежных кустов с внешней стороны атолла (с северной стороны острова, которая не является пляжной, где дно песчано-каменистое, и куда прямо в море выходят несколько пластиковых канализационных труб из домов и гостиниц, стоящих поблизости). Рядом находится какой-то гостевой дом, и вероятно, этот столик оттуда.

Мечеть. Мы старались подобрать удобный ракурс для съемки, пробуя с разных сторон. Но с какой стороны ни стань, не удается снять весь комплекс целиком. Покидая остров спустя несколько дней, я лишь в лодке понял, что наилучший вид мечети только со стороны моря. 
Подойдя поближе, стало понятно, почему его не забрали. Посредине пластиковой столешницы зияет дырка. Однако, нам и такой подойдет: дырку накроем чем-то! Мы вернулись в «Hammerhead» и спросили у Ахмета, можно ли принести сюда нашу находку? Выяснив, где это, «хозяин» дал добро.

Я не уверен, что он владеет и тем гест-хаусом, но наверняка бизнесмены, владельцы островной недвижимости, хорошо знают друг друга. Мы вернулись к столику и перенесли его в кухню с окнами на пляж. От толчка о кафельный пол кухни, с пластиковых ножек грязного столика осыпался прибитый дождем песок.

Смотрится этот отслуживший свое «реквизит» как-то не очень… Невысокий. За ним сидеть надо на маленьком стульчике. Ладно, что-нибудь придумаем.

Остается теперь договориться о цене за проживание. Об этом разговора еще не было, и мы начали предварительно прикидывать, на какой цене настаивать, если будут торги. А торговаться можно, поскольку гостиница еще строится, да и жить в кухне – тот еще комфорт!

В общем, Влад немного ориентируется в ценах на гест-хаусы и лоджии. Эти цены можно узнать на сайтах бронирования. Я находил какую-то гостиницу на Фулиду, и цены там были около семидесяти долларов за комнату. Ну а если это кухня, спальник на полу вместо кровати, то можно сбросить смело раза в два, а то и больше. Решено – торговаться надо вокруг двадцати пяти – тридцати долларов. Пошли искать Ахмета!

Когда искали мы столик по острову, видели дома местных жителей. Лишь два-три из них имеют достаточно просторный дворик, обнесенный забором-дувалом, с пальмами внутри, создающими тень. Большая часть жителей ведут довольно скромный образ жизни. Во всяком случае, роскошь и богатство – это не то, чем принято кичиться, выставляя напоказ.

Нет на острове никакого транспорта, кроме велосипедов у мальчишек-школьников, нет крутых шмоток или прочих предметов, сопутствующих семейному достатку в нашем понимании. Дома местных жителей выглядят настолько просто, что у меня ни разу не дернулась рука что-то снять на камеру. Все до боли банально…

Вечера любят жители Фулиду проводить на улице, на свежем воздухе, в тени пальм, качаясь на рамках с натянутой на них сеткой, привязанных к стволам деревьев. Дети играются в песке в лучах заходящего солнца, и так проходят дни, недели, месяцы…

Берег о. Фулиду с южной стороны (лагуна атолла Вааву)
Мы быстро поняли, что снять жилье у местной семьи будет проблематично из-за недостатка места для нашего «проекта». Все дома местного населения расположены в центре острова, прижаты друг к другу, видимо разрастаясь из какого-то исторического центра поселка, словно коралловый атолл в океане.

Ни один из гест-хаусов на острове также не подходит по критерию места. Как бы туристическая инфраструктура ни называлась, ни одно заведение не имеет достаточной площадки, либо на ней растут высокие пальмы или кусты под три метра, название которых мне не известно.

Есть на острове две огромные вышки, на восточной и западной оконечностях Фулиду. Самая высокая мачта, – та, что рядом с футбольным полем, – имеет высоту около тридцати пяти – сорока метров. Мачта идеальна для размещения любых антенн, но поблизости нет никакого жилья, кроме будки с техническим оборудованием у ее основания. А главное, не видно, как можно было бы запитать аппаратуру (теоретически! Еще разрешение спрашивать надо!).

Остров Fulidhoo. Атолл Vaavu.
Рассмотрев все это, пусть и не в первый же день, станет понятным, что вариант «Hammerhead» просто идеален. А как надо было «угодить небесам», чтобы в первый же час на острове встретить именно такого человека, который и нужен, кто сможет решить основную нашу проблему?!

Снова всплыли в памяти недавно сказанные Ахметом слова: «…если вы думаете, что будете жить здесь бесплатно, то в этом вы ошибаетесь!» Торговаться будет нелегко. Ну да лучше не тянуть с этим. Влад заглянул в офис, Ахмета там не было, но ему позвонила дочь. Вскоре пришел «патриарх».

Берег о. Фулиду с северной, внешней стороны атолла (во время отлива)
 – Сколько вы хотите за жилье, Ахмет? – спрашивает Влад, словно перед началом сложной партии, делая ход первым. – Место нам это нравится… Осталось обсудить цену.
 – А сколько вам не жалко? – улыбается Ахмет.
 – Не жалко?.. – Влад закатил глаза, хитро улыбнулся. – Ну, чем меньше, тем лучше! – многозначительно отвечает он.
 – Бесплатно?
 – Нет, почему же… – Возникла небольшая пауза. Влад решает, с какой суммы начать торги.
 – Ну же, друг мой! Сколько не жалко?
 – Четыреста руфий за комнату!

Эта сумма эквивалентна двадцати шести долларам.

 – Четыреста?!

Лицо Ахмета вытянулось от удивления, словно он впервые в жизни увидел закат на море, словно кто-то или что-то издало такие неприличные звуки, выдало что-то такое, что перевернуло его представление о мироздании. За несколько мгновений он снова овладел собой и даже выдавил снисходительную улыбку.

Пожилая островитянка. о. Фулиду
 – Друг мой, – сказал Ахмет наконец, – я не первый год в турбизнесе! Я с юных лет работаю в этой сфере, изучил ее досконально. Я знаю, как сделать комфорт нашим гостям. Я знаю, что такое комфорт! Удобства стоят денег. У вас здесь все будет, все на высшем уровне: постель, душ, кондиционер, телевизор! Даже посуда вам не нужна. Все дам! И за это надо платить немножко больше, чем четыреста…

О чем это он говорит? Постель? Телевизор? Душ??? Я немного растерялся. Он про комнату говорит??? Влад тоже понял это только по ходу разговора. Ведь мы рассчитывали только на кухню.

 – Назовите лучше свою цену! – предложил тогда Влад.
 – Для вас… пусть будет семьсот! – говорит владелец «Hammerhead Beach View & Spa».
 – Многовато это! – упирается Влад. Хозяин просит эквивалент $47. – Не нужен нам телевизор – не смотрим мы кино… и постель не нужна – спальники мы взяли с собой… и посуда тоже не сгодится – кружки да ложки у нас свои есть…

Я вижу, как улыбка застыла и не сходит с лица Ахмета. Не встречал он еще таких аскетов. На острова едут люди на пляже да в постели поваляться. Нечего тут больше делать! Рай ведь, как-никак!

 – Почему… постель не нужна? Почему отказываетесь? – перепугался Ахмет. – Может не устраивает вас комната…

Мы, по-правде говоря, комнату-то и не видели еще. Словно прочитав это в наших глазах, потащил Ахмет нас к ближайшей двери, что за офисом находится, третья дверь, значится, по коридору. Громко крикнул Ахмет имя завхоза. Тот тут же вырос перед нами и вытащил из связки нужный ключ от комнаты. Ахмет лично открыл дверь в номер и пригласил пройти, осмотреться.

Интерьер номера меня приятно удивил. В номере есть ВСЕ! Все – от электрочайника и чайного сервиза, до набора банных полотенец на две персоны в душевой комнате. Черт, да тут даже заботливо приклеена на потолке стрелка, указывающая направление на Мекку! Есть даже несколько стиков кофе и несколько пакетиков чая!

По комфорту и оснащенности номер тянет на «люкс» или «полу-люкс», без дураков! Кондиционер и навесной вентилятор есть, уже только это делает проживание в номере комфортным. Мы полюбовались, не выпуская эмоции восторга наружу, вышли в коридор и… продолжили торговаться.

Подружки на пляже Фулиду. Мяч и мобильник – обычные игрушки.
Влад:
 – Ахмет, номер хороший, но мы можем жить поскромнее. Давайте, кухня за нами и все!
 – А как спать? Как отдыхать? Не-е-е-т! Друг мой, я так не могу поступить с гостями! У меня в таких условиях гости жить не могут! Как это будет выглядеть?! Семьсот много?! Но то, что вам предлагаю, стоит того! Везде в гестхаусах на острове цены выше!
 – Но мы не отдыхать приехали. У нас рабочая поездка… Да, номер хороший… Ну пусть будет пятьсот! Договорились?
 – Пятьсот… Пятьсот?! Эх, Владимир, меня засмеют, если узнают, что я за такую цену сдал…
 – Это между нами!

Ахмет покачал головой. Никто еще так отчаянно не торговался за номер в гостинице. Номер, полностью оборудованный, в отдаленной части острова. Номер не хуже, чем в гест-хаусах по острову, но только здесь еще нет туристов, нет разношерстной толпы зевак, приезжающих на Фулиду на пару дней до следующего прихода парома.

Возможно, Ахмета поразила такая напористость Владимира, или ему хотелось увидеть, что то за проект такой, ради которого эти двое приплыли из-за моря – так или иначе, но только после продолжительной паузы и внутренней борьбы, Ахмет, наконец, согласился с предложенной ему ценой.

– Ладно…. Пятьсот. Не знаю, почему я соглашаюсь… Нравитесь вы мне! Заселяйтесь!
Довольные, мы пожали руку хозяину «Hammerhead». Ахмет… может, он и не получил удовлетворения от «сделки», но прошедшие «торги» с «понаехавшими» для него были вроде бодрящего напитка, чем-то нетривиальным в рутинном ходе времени на острове. Он тут же позвал завхоза – «Эй, Саид, поди-ка сюда!» – и взял у него ключ от номера, который мы осматривали десять минут назад.

 – Можно… еще ключ от кухни? – попросил Влад.
 – Зачем? – удивился Ахмет.
 – Мы еще посмотрим, но на первый взгляд, там удобно будет разместить аппаратуру. Да и столик мы уже занесли туда.
 – Хорошо.

Фасад отеля «Hammerhead Beach View & Spa» еще в процессе строительства. За строительными лесами – окно кухни. С уровня пола 3-го этажа мы закрепили к бетонному столбику трубу, найденную где-то поблизости, среди строительных материалов. С нее спускается вниз, в направлении береговой линии, веер антенн (все, кроме 160 м).
Причина была не совсем такой. Если Влад подумал о том же, что и я, то кухня нам нужна была именно как кухня. Там же удобно готовить! Тарелки, разделочные доски, набор ножей и столовых приборов – там все есть!

 – Саид, дай им ключ от кухни!

Завхоз отстегнул еще один ключ от увесистой связки и протянул мне.

 – Но только… закрывайте ее, никогда не оставляйте дверь, чтоб посуду не разнесли! И никому ключ не отдавайте.
– На этот счет не беспокойтесь, – поспешил заверить Влад босса.

* * *

Первым делом мы полезли на крышу. Фасад гостиницы только строится. На втором и на третьем этаже работают несколько строителей. Возведен «скелет» здания, едва уложены брусья, придающие жесткость полу. Кое-где зияют дыры – пока еще не закрытые щитами участки пола.


Мы взобрались по лестнице на второй этаж новостройки. Не обращая внимания на удивленных строителей, Влад, словно новый босс, прошелся по этажу, и вскоре взобрался по другой лестнице на третий. Фасад отсутствует у здания.

Возможно, со временем, лицевая сторона постройки будет сделана из пластика и стекла (окна на всю высоту этажа), а пока такое положение дел очень удобно для наших «инсталляций».

На кромке пола, у фасадной стороны здания, можно закрепить брус, трубу, – да все, что под руку подвернется, и на чем можно будет закрепить антенны. Высота от земли – метров восемь, а если ориентироваться на наконечник шеста, то получится то, что надо!

Антенны на берегу
Глянув с высоты вниз, мы увидели груду трехметровых труб, лежащих возле окон кухни. Из этих труб собирают строительные леса, их используют для распорок и прочих строительных нужд. Недостатка в них нет на острове!

Одну мы позаимствовали для благого дела. Закрепив на ее конце петлю и продев канат, мы привязали эту трубу у края стены так, что теперь без особых усилий все антенны можно растягивать с нее на песчаной площадке перед кромкой прибоя. Единственная проблема – растяжки может кто-то зацепить. И этими «кто-то» являются, конечно, местные детишки, которые играют в этом районе ближе ко времени заката. Впрочем, дети лишь изредка что-то задевали. Проблема выплыла с другой стороны…

Не помню, в какой момент мы обнаружили помеху – в первый вечер или в последующий? С закатом солнца в эфире появился треск. Мы начали искать источник. Выключили все лампы в комнате, выключили освещение в длинном проходном коридоре гостиницы… но помеха не ушла.



Уже кажется, что просто нечему шуметь! Дома местных жителей находятся не менее, чем в тридцати метрах. В этой части острова их не много. Да и уровень в 5-6 баллов телевизор на таком расстоянии не создаст.

Оказалось, что в лагуне у острова вечером бросают якорь различные суда и суденышки. В основном, это прогулочные катера или круизные яхты, которые арендуют целыми командами. Ахмет как-то сказал, что у него самого есть два корабля, которые работают на круизах по островам. Аренда одного дня корабля стоит $1000. Насколько я понимаю, стоимость топлива сюда не входит.

Так вот, такие круизные корабли почему-то частенько приходили к вечеру на Фулиду. Когда солнце спускалось за горизонт, на корабле врубали освещение, цветомузыку, дискотеку и что-то там еще, чтоб нескучно проходил досуг у пассажиров. Все это освещение и создавало фон в эфире!

Краб у норы. Взрыхленный песок – это вынесенный им «сор из избы» (из норы в прибрежном песке) в часы перед закатом
Когда гулянка заканчивалась и свет выключали, помеха исчезала. Такое повторялось не каждый вечер, но довольно регулярно. К сожалению, с этим ничего мы поделать не могли. Однако, шумно только на каком-то одном диапазоне, на прочих – терпимо.

В первый день мы поставили почти все, кроме антенн на диапазоны 80 м и 160 м. Пока достаточно. На первый взгляд, неудобством кажется то, что для переключения диапазонов надо каждый раз взбираться по приставной лестнице на второй этаж стройки, где закреплены разъемы кабелей антенн.

В темноте, с фонариком (вот и еще одна приятная деталь в оснащении номера – мощный фонарик, хотя у нас с собой тоже имеется), чтобы никуда не провалиться и не удариться о торчащие трубы распорок и строительных лесов (я все же пару раз хорошо приложился головой о трубу!).

Уборка норки…
Однако как же приятно выходить на открытый воздух в ночное время, слышать шелест листьев ближайших деревьев от постоянно гуляющего морского бриза! Чувствовать запах моря и слышать звуки прибоя! Мое любимое развлечение на Фулиду: ночью с выключенным фонариком подойти к линии прибоя и резко включить свет, направляя его на мокрый песок.

В панике от луча разбегаются десятки сухопутных крабов размером с кулак, которыми просто кишит береговая линия. Дальше – ведем луч света фонарика по песку, и крабы разлетаются от него в стороны, перепрыгивая через друг друга или даже бросаясь в воду (чего в обычной ситуации они избегают делать). Чувствуешь себя в такие моменты так, словно управляешь лазером, наводя страх на народ Темного Мира.

— — —

Остров

Школа на Фулиду
Фулиду (Fulidhoo). Атолл Вааву (Vaavu).
17…24 апреля 2017

Трудно говорить о жизни на острове, прожив на нем всего каких-нибудь восемь дней. Жизнь в благоустроенном номере гостиницы – это не то же самое, что жить в доме у местных. Комфорт бытия притупляет внимание к тем мелочам, с которыми связан быт местных жителей.

Для меня, например, до сих пор не понятно, чем зарабатывают на жизнь островитяне? На острове есть несколько кафе, но лишь одно, кажется, работает как днем, так и вечером. Остальные – только вечером. На острове я заметил только одну забегаловку, где готовят обычную пищу, и открывалась она лишь под вечер.

Есть несколько магазинов, расположенных на двух главных проходах, тянущихся вдоль острова. В магазинах работают один, максимум два, продавца. Продуктовые лавки работают весь день, с перерывом на полуденную молитву. Туристические магазины, их четыре-пять, открываются только под приезд туристов на пароме. Там тоже по одному человеку работает…

Есть школа. Сколько в ней учеников – выяснить не удалось. Дочь Ахмета, с которой мы познакомились в офисе гостиницы, работает в школе преподавателем дивехи (язык Мальдивских островов).

Воспитатели в детском саду. о. Фулиду
Есть детский сад с красивым фасадом, с забором, выкрашенным в сочно-зеленый цвет и с чистой детской площадкой с уплотненным белым песком. Интересно, что по всей длине забора детского сада нанесены поучительные иллюстрации с броскими и краткими надписями, формулирующими правила гармоничной жизни человека.

Первая иллюстрация в целой серии картинок имеет надпись, гласящую: «Практикуй Ислам». Затем: «Будь честным и доверяй опыту старших», «Будь дружелюбен»… «Будь терпим к окружающим», «Заботься о близких», «Будь ответственным», «Береги окружающий мир» («Сохраняй разнообразие мира»). Наставления сопровождены адаптированными для детей иллюстрациями.

«Парковка» воспитанников детского сада у стены жилого корпуса. Многим детям от садика до дома ехать не более пятидесяти метров
Есть мечеть. Ее посещают регулярно довольно много верующих. В отличие от других мест исламского мира, я не слышал раскатистых призывов муэдзина к молитве. Не в пятом часу утра, во всяком случае!

Пожалуй, большая часть населения занята в сфере туризма: на острове несколько гест-хаусов и лоджий. После завершения строительства, скорее всего, именно «Hammerhead» станет самым крупным на острове заведением в своем сегменте.

Возле нас расположена судоремонтная мастерская. Там постоянно трудятся несколько человек, занимаются ремонтом небольших лодок.

На краю острова, с нашей стороны, находится современная генераторная станция, обеспечивающая энергией остров. Людей я там видел немного, но внутри техпомещения я и не побывал.

Одна из серии иллюстраций на заборе вокруг детского сада (назидания для молодого поколения). Надпись гласит: «Практикуй Ислам».
Напоследок надо упомянуть нескольких тружеников – кабинетных работников. Это администрация Совета острова. Административное здание находится в двадцати метрах от «Hammerhead». Ничем оно не примечательно. Работа Совета тиха и не заметна. Что за проблемы решаются в кондиционированной прохладе темных офисов, что за люди ходят на эту работу изо дня в день, – осталось для меня за кадром.

Говоря о занятости на острове, чуть не забыл упомянуть нескольких местных женщин, регулярно и неторопливо прочесывающих прибрежный песок в районе полудня или даже позднее. Пусть заработок на такой работе выглядит сомнительным (принимая во внимание общий уровень цен на Мальдивах, я бы сильно не удивился, узнав, что зарплата за уборку территории выше, чем у наших учителей в школах), но надо отметить, что остров содержится в чистоте.

Выгрузка строительных материалов на Фулиду. Темное пятно в воде за рабочим – косяк мелкой рыбешки.
Есть отдельная категория «неместного населения», проживающая на острове. Это рабочие-строители. Те из них, кто работали у Ахмета, – все были родом из Бангладеш. Об их условиях жизни мне почти ничего не известно – ни того, чем они питались, ни где спали… Можно лишь одно сказать твердо – работали они по шесть дней в неделю с утра и до вечера на самых грязных работах, связанных со строительством. Строительные работы ведутся в нескольких местах на острове. Мы видели уже примелькавшиеся лица, то на одном объекте, то на другом.

— — —

«Туристо – облико морале!»

«Нимфа» с круизного корабля сошла на пляж Фулиду.
Если вы видели, как одеваются мусульманки, вам будет
понятно, почему туристов селят изолированно…
И как это правоверные мусульмане терпят рядом с собой туристов, снисходительно относятся к лежащим в теньке полуголым женщинам на пляже, терпимы к туристкам, одетым вызывающе и, прямо скажем, аморально для исламского мира? Как?!

Ответ, на мой взгляд, сокрыт в тех кратких наставлениях, начертанных у ворот детского сада, которым мальдивцы учат своих детей. Будьте терпимыми! Будьте дружелюбны! Таким отношением создается позитивный образ страны, так строится мультикультурный туристический бизнес…

Для приехавших на остров туристов негласно отведена уединенная часть острова (его восточная оконечность). Почему-то именно сюда все и сходятся. Вероятно, причиной тому является удаленность жилищ островитян и стоянки суден, швартующихся у острова в центральной его части.

Мы бываем на пляже ежедневно, когда сворачивается утреннее прохождение, и ничего другого не остается, как освежиться перед обедом. Обычно, здесь уже кто-то есть. Людей мало в полуденные часы. Хоть солнце и палит, здесь можно укрыться под тенью деревьев. И только в первые часы после прихода парома людей бывает чуть больше обычного.

Есть еще одна категория туристов, которых привозят на Фулиду спецрейсом с ближайшего острова-отеля. Чтобы гостям не стало, не дай бог, скучно на изолированном острове, где лишь отель да море (не должно же быть скучно в раю, куда за «пропуск» гость отдал кучу «зеленых»?!), создают для них культурную программу: дайвинг, снорклинг, рыбалка… А тех, кто постарше, кто неповоротлив и сонлив, везут на Фулиду посмотреть концерт народной самодеятельности.

Как-то вечером мы с Владом пошли в магазин за продуктами. Уже стемнело, но на улице почему-то было шумно. Где-то громко играла музыка, звучал надрывно-восторженный голос, усиленный микрофоном. Мы свернули с дороги на звук, и вскоре оказались возле концертной площадки, расположенной недалеко от пристани.

На стульчиках, расставленных в ряды перед деревянной сценой, сидят привезенные чартерным рейсом туристы: в основном люди немолодые, пресыщенные отдыхом и зрелищами. На помосте концертной площадки для публики из кожи вон лезет большая группа музыкантов, танцоров и певцов…

Вечером на пляже местные девушки садятся в кружок и во что-то играют…
Музыка, танцы и пение – все эти элементы концерта приобрели какую-то весьма колоритную, особую органичную смесь, и вылились в зажигательные ритмы и танцы. Одна песня длится пятнадцать-двадцать минут. В ритме и повторяющихся напевах есть что-то от религиозных песнопений, мантры, что-то дикое и слегка безумное, заставляющее ритмично двигаться, пока силы не покинут танцора.

Концертная группа исключительно мужская. Ритм задают несколько барабанов. Упитанный низкого роста солист ведет основную партию, ему подпевают музыканты, отбивающие ритмы на барабанах. «Коротышка» – грузный мужик среднего возраста – поет и двигается по сцене, подпрыгивая и притоптывая, словно только что вдохнул аромат «запретного цветка». Кажется, что вес ему не помеха.

Между зрителями, расплывшимися на стульях, и сценой, по краям, собрались местные девушки. Они, конечно, стоят. Им весело! Это их родная музыка, ритмы Мальдив. Они подтанцовывают, смеются.

Туристов же – пожилых и ленивых – не расшевелить. «Коротышка» спрыгивает со сцены и подскакивает к первым рядам зрителей. Он пытается кого-то поднять с пластикового стула, ну хоть кого-то! С трудом ему это удается, встают несколько человек, в основном женщины. Танцор местной самодеятельности подбадривает гостей, какое-то время танцуя с ними. Девушки в хиджабах уже не стоят сбоку.

…а у пацанов другие игры… (На футбольном поле в восточной части острова)
Раз начались общие танцы, то они только «за». Островитянки танцуют у самой сцены. Всем весело, но тут ведущий объявляет, что они-де уже почти закончили свою программу. Еще одна песня и… баиньки.

На палубе яхты всех пересчитают, чтоб никто не потерялся. Погудели – и хватит! Местное население на Фулиду вовсе не подписывалось под ночными дискотеками. Не по Корану это – пустые развлечения. Поэтому еще до того, как жители Фулиду свершат вечернюю молитву и возблагодарят Аллаха, ниспославшего им все блага, материальные и духовные, команда «старперов» погрузится в челнок и отправится обратно, на уединенный остров-резервацию.

— — —

Наш быт на острове

Половинка папайи. Плод по консистенции напоминает дыню,
но с более богатым вкусом. На остров завозится.
Я не сказал, что из всех мест, где мне довелось побывать с Владимиром до сих пор, пожалуй, именно пребывание на Фулиду можно назвать самым комфортным. В номере в «Hammerhead» есть все. Но если бы ничего и не было, а только один кондиционер, то и тогда это сделало бы условия нашей жизни весьма комфортными. Ну а так…

Очень скоро мы выкинули из головы мысль о кухне и о столике, который там оставили. Да мы его отнесли прочь, туда, где взяли, на второй же день!

В номере огромная чистая постель, пристеночный стол (длинный и удобный для работы за ним), журнальный столик, который позже мы приспособили для еды, стулья, ночники, даже мусорное ведро. Есть телевизор, но мы никогда его не включали. Есть чайный сервиз и чайник. Душевая комната имеется в номере. Там есть столик со встроенным умывальником и огромным зеркалом. На этом столике я приспособился впоследствии готовить салаты. Это, конечно, немного не по назначению, ну да какого черта! Так удобно!

Когда приходишь с пляжа, размякший на жаре, и попадаешь в кондиционированную комнату – это верх блаженства. Хочется работать в эфире. Усталости нет никакой!

Важный момент – правильно организовать питание. Такое, чтоб и не голодать, и не тратиться особо. С этим на острове большие проблемы. Я уже писал, что нет на Фулиду публичных мест питания, таких себе харчевен с быстрой, недорогой и общедоступной пищей. Кафе – не в счет. Ведь не станешь же одно кофе гонять утром и вечером!

Вот мы и подобрали меню: «Мивина» («Ролтон» или похожая продукция: вермишель быстрого приготовления) индийского производителя (острая, с соевым соусом!) и салат. Много салата! Все ингредиенты большого салата куплены в местном магазине «дяди Ахмета» (который, как и гостиница, называется «Hammerhead»): капуста, морковь, помидоры, соль. На десерт – бананы или, если есть в магазине, папайя.

Признаюсь, что на завтрак и на ужин у нас абсолютно одинаковое меню, но, как ни странно, такая еда вовсе не надоедает. Как это все готовим? Тут нам помог доступ в кухню гостиницы, заветный ключик, выпрошенный у Ахмета. Посуда, разделочная доска, нож, салатница – все оттуда. Поначалу я ходил готовить прямо в кухню: чтоб Владу не мешать в эфире работать звуками хруста капусты и постукивания ножа при нарезке моркови. Но активность на кухне не осталась без внимания наших соседей... Да-да, были у нас соседи: молодые ребята с девушками.

Закат на Фулиду. Западная оконечность острова. Труба, воткнутая в песок у кромки воды – это растяжка антенны 40-метрового диапазона
Поначалу принял я их за местных: они мало чем отличаются от мальдивцев – смуглые, не европейской внешности. К тому же, женщины, что были с ними, тоже были мусульманками. Любила эта компания посидеть вечерами за столом в общем проходе гостиницы, который выходит на пустынный пляж. Весело в компании, да и ужинать весело за общим столом.

Перед ужином, когда солнце уже скрывалось за горизонтом, ходила вся компания купаться, но не туда, на восточную оконечность острова, где все туристы днем входили в воду и потом подолгу млели на песочке под сенью прибрежных пальм, а здесь, прямо напротив гостиницы.

Море тут ничем не хуже, да и берег тоже. А вечером они купались только потому, что девушки с ними скидывали свои хиджабы, да и прочую одежду тоже, обнажаясь настолько, насколько дозволительно в компании с парнями.

До меня доносится плеск воды и голоса, веселые и беззаботные. Если б днем решила искупаться девушка в море, делать бы это пришлось в одежде и с покрытой головой. А вообще, на острове я ни разу не видел купающимися кого-либо из местных.

Когда кто-то из компании попросил у меня ключ от кухни, я понял, что они снимают номер так же, как и мы. Я нехотя отдал ключ, ведь мы обещали Ахмету кухню не оставлять открытой. Ключ нам долго потом не отдавали, и этот факт заставил нервничать.

Впоследствии, я забрал из кухни все необходимое для готовки и перенес к нам в номер: будем готовить в комнате, чтобы не давать повода снова выпрашивать доступ в кухню. Через несколько дней соседи наши съехали.

В кухне на столе лежит странный набор предметов: вскрытые пачки пакетированного чая, пара банок начатого джема, сахар в кульке, который успели разведать огромные муравьи. Чье же это? Кто-то из нас спросил об этом в офисе администрации. Администрация пожала плечами: не знаем, чье! Оставили постояльцы, наверное! Ничего себе, админы не знают, что за провизия складирована на кухне?!..

Крупная купюра Мальдивских островов. В основе материала валюты – пластик (клеенка). Кружок с орнаментом в левой части купюры – просвечивается. Я задаюсь вопросом – почему девушка на купюре изображена без хиджаба? Увидеть такое в жизни довольно необычно.
Мы начали с пачки чая и стиков кофе. Чай, привезенный мною, уже заканчивался, а тут так подфартило! Раз есть чай, то и сахар не помешает. Я «изгнал» с десяток гигантских муравьев из «сладкого рая». Может лишь ради них, этих «белых кристаллов», они и наведывались в кухню, вытоптав дорожку, пересекавшую белоснежный кафельный пол почти по диагонали. «А ну прочь, наркоманы! Дармоеды!! Глюкозозависимые!!!» – и выгнал всех из «песочницы» столовой ложкой.

Почти килограмма сахарного песка нам хватило до конца экспедиции. Ну а чего же джем бросать?! Печеньки из местного магазина так вкусны с черничным джемом! Джем тоже не пропал.

Все это приятные мелочи, которые не отменяют основного рациона: вермишелевая похлебка и салат. И папайя! Было, правда, одно исключение… Но об этом чуть ниже.

— — —

Радио на острове

Покорение мачты
Спустя почти год после экспедиции 8Q7VB всякие мелкие нюансы работы в эфире с Фулиду практически стерлись из памяти… Поэтому не стану останавливаться на том, кто и как звал нас в pile-up.

Тяжелое направление – американский континент. При своей работе мы, прежде всего, отслеживаем появление станций Северной Америки, но проход на State Side надо еще поймать! В первые дни примечаешь, в какое время и где прорвались одна или несколько станций американского континента, а в последующие дни пробуешь еще и еще раз появляться на тех же диапазонах и в то же время. Почти всегда это срабатывает!

На НЧ диапазонах открывается кратковременный проход на Штаты в часы рассвета. В это время работал Влад. Это пять-шесть утра по местному времени.

Выше 15-метрового диапазона прохода практически не было. Вечерами pile-up был весьма интенсивен на 40-метровом диапазоне. Однако особо мне запомнился дикий pile-up однажды вечером на 80-метровом диапазоне. Надо было лишь угадать с проходом! Кажется, лишь на третий вечер с прохождением повезло.

Начиналось все довольно вяло, нас звало по одной-две станции на частоте. Мешал какой-то треск, видимо, иллюминация стоявших у острова на якоре яхт. Сложно разбирать позывные. Но, постепенно, число зовущих начало возрастать, а треск исчез; pile-up растянулся на четыре-пять килогерц! Европа и Япония одновременно!

Работать сложно, диапазон 80 м имеет свой «фон», связанный, наверное, с относительно небольшой высотой подвеса антенны. Тем не менее, pile-up был часа три-четыре. Где-то посредине работы я услышал едва разборчивый сигнал: звал Миша, UR7EZ, на диполь 40-метрового диапазона! Во дает!

В следующий день проход на 80-метровом диапазоне был значительно хуже и закончился гораздо быстрее. Кажется, было только два вечера, когда на этом диапазоне было очень хорошее прохождение…

Влад очень хотел попробовать работу на 160 метров. Мы даже антенну взяли с собой. Скрутки двух антенн в рюкзаке – 160-метрового и 80-метрового диапазонов – занимают столько же места, как все прочие антенны вместе взятые. Поэтому, всегда думаешь, а стоит ли брать антенну на 160? Нас двое, вещей можно взять больше, поэтому и антенну top band НЧ-диапазона мы взяли.

Устанавливать антенну 160 м на то же место, что и 80 м, мы не стали. Ее установку мы отложили на несколько дней. На острове есть несколько мачт, и мы присматривались к двум-трем ближайшим от нас. Конечно, чтобы воспользоваться одной из них, необходимо вначале спросить разрешение. Мы спросили у Ахмета, кто хозяин вышек?

Очередь... Остров Fulidhoo.
Гостиница «Hammerhead» находится недалеко от западной оконечности острова. В этой части Фулиду расположена огромная (метров тридцать, вторая по высоте на острове) мачта, на которой установлены несколько парабол, несколько ретрансляторов и что-то там еще.

От нас до этой мачты метров семьдесят по прямой. Если даже воспользоваться этой мачтой, то надо делать выносную позицию. Вблизи нет никаких построек, сараев, где можно расположиться. Поэтому вариант с этой мачтой отпадает. По дороге к «магазину дяди Ахмета» мы заметили еще две мачты.

Одна стоит у домика Совета. На мачте высотой около двадцати метров где-то в ее средней части одиноко висят… два громкоговорителя. И это все! Видимо, эта мачта утратила свое значение с установкой двух мощных мачт у западной и восточной оконечностей острова. Есть еще небольшая мачта (не более десяти метров) возле какого-то полузаброшенного дома.

Проще всего договариваться о мачте, стоящей перед Советом. Да она и ближе всего к нам расположена. Есть надежда, что кабеля антенны плюс кабеля питания (14+25 метров) будет достаточно, чтобы «дотянуться», не двигая радиостанцию из номера.

Итак, Ахмет. Он пообещал «найти ответственного», с кем можно поговорить про мачту. Сделал, правда, он это после третьего напоминания. Наконец, он кого-то привел и представил парня, как «хозяина мачт». Влад еще раз пояснил тому, зачем нам мачта, и особо подчеркнул, что наша затея лишь на несколько дней, после чего все вернется в первозданный вид.

Однако парень оказался не прост. Он начал рассказывать, какая это большая ответственность для него – допустить кого-то на мачту. Ведь разрешая нам ею воспользоваться, он берет все риски (?) на себя. Такой допуск надо согласовывать с кем-то там вне острова, а если без согласования – то он за все в ответе, и бла-бла-бла…

Сто долларов, – продолжал хозяин мачты, подводя нас к логической мысли, – помогли бы ему преодолеть свои внутренние страхи, и он бы рискнул своей важной должностью смотрителя. Но и то, это почти личное одолжение…

На мачтах расположено какое-то интернет-оборудование, обеспечивающее бесплатно (со слов Ахмета) потребности всего острова, и ретрансляторы. И если оно перестанет «фунциклировать», то… тьма поглотит остров.

Нет, конечно, «ответственный» сказал не буквально так, однако смысл, пожалуй, понятен.
Мы выслушали «очень ответственное лицо», улыбаясь в душе его нехитрому предложению.

В процессе этой беседы выяснилось, что речь почему-то идет о тридцатиметровой мачте в удаленной западной части Фулиду, а не о мачте возле домика Совета острова. Конечно, мы отказались от «бизнес-услуг» готового рискнуть ответственного лица. Ради спортивного интереса Влад даже попробовал с ним немного поторговаться («Двадцать долларов!»). Тот начал упираться, ну на этом мы его и отпустили ни с чем.

Когда мы снова остались наедине с Ахметом, Влад прокомментировал:

 – Это много, Ахмет! Он хочет много только за доступ к мачте на несколько дней.
 – Да, немало, – согласился Ахмет. – Но он отвечает за мачты и за все, что на них находится.
 – У нас некоммерческий проект. Да и мачта его расположена далековато. А можно ли воспользоваться той мачтой, что рядом с Советом? Она пустует…

В действительности, мы об этой мачте и говорили Ахмету накануне. Но поскольку мы говорили о всех вариантах сразу, он почему-то подумал о коммерческой вышке, которая (или которые, если принимать во внимание еще и ту, – самую высокую, – что находится в восточной части острова, за футбольным полем), как выяснилось, даже не находится в управлении Совета, не принадлежит островной общине. Высотные вышки относятся к какой-то телекоммуникационной компании.

 – Рядом с Советом? Эта?! Хорошо, я узнаю.

Через час или два Ахмет сообщил, что Совет абсолютно не против использования их вышки. И денег за это не надо.
Все же, за такое содействие и понимание мы решили выразить свою благодарность. После окончания работы мы передали небольшую сумму в Совет…

* * *

Одна из двух основных дорог острова (проходит
с тыльной стороны «Hammerhead»). Видна мачта
Совета и натянутая антенна 160 м вдоль дороги.
Домик Совета острова, Фулиду.
20 апреля 2017, 13:03

На вышку Влад полез буквально через час после получения разрешения. Стоит знойный полдень. Металл мачты теплый, почти горячий. Будет еще жарче!

Из имеющихся веревок мы подобрали парочку самых длинных (одной не хватит). Влад привязал конец веревки к поясу и решительно полез на вышку. Конечно, это не такая хлипкая мачта, на которую пришлось лезть Владу в Порко, Боливия, но на высоте «мачту Совета» тоже пошатывает.

Как видно из фото, мачта эта свободно стоящая – никаких оттяжек! Чем выше, тем тяжелее даются метры подъема. За пару метров от вершины Влад кричит мне, что здесь ощутимо пошатывает.

 – Перекидывай веревку прямо там, где стоишь, – кричу я в ответ.

Влад так и делает. Пара метров ничего существенно не даст. Теперь он спускается, вытягивая за собой конец канатика. Я слежу, чтоб веревка плавно шла, не путаясь. Весь процесс на мачте занял 15-20 минут.

Мы привязали диполь 160-метрового диапазона за «горячий конец» и начали затягивать его на вершину, аккуратно выбирая канатик. Антенна будет висеть в виде «слопера» вдоль дороги. Это единственно возможный вариант подвеса этой антенны, поскольку куда ни глянь – везде расположены постройки частных домов, или чуть в стороне – территория гест-хауса.

В самой нижней части конец «слопера» висит над землей на высоте двух метров. Его привязали к ближайшему дереву. Людей здесь ходит мало, мешать никому не должно. Удачно получилось и то, что точка питания антенны находится лишь в нескольких метрах от входа в длинный коридор нашей гостиницы. После того, как антенну растянули, тут же принялись измерять, хватает ли длины кабеля, чтобы дотянуться из номера. Оказалось, что все на пределе, но достаточно!

Очень скоро стало ясно, что прием на антенну 160 м на других диапазонах лучше – шумов меньше. Однако, ее «пробивные свойства» уступают родным антеннам. Поэтому, немного побаловавшись с идеальным приемом, мы все же работали на монодиапазонные антенны, не задействуя «сто шестидесятую» и тюнер трансивера.

Работа на «одна и восемь»… Я должен признаться, что не в восторге от диапазона… Влад уступил мне место за трансивером вечером, когда проход на «восьмидесятке» почти свернулся.

Слопер 160 м проходит у стен построек. Это плохо, но лучшего варианта не видно. Кабель питания пришлось максимально натянуть, чтобы достать до номера, где мы живем. Он заворачивает за угол дома и уходит по длинному коридору к дверям нашей комнаты.
Я надел наушники и неприятно был удивлен уровнем шумов на «сто шестьдесят». Фон довольно высок. Мы дали спот в кластер, и я принялся давать общий вызов. Вскоре начали подходить станции. По одной, как мне кажется. С таким шумом я, скорее всего, кого-то не слышу.

Почти с каждой станцией идет борьба за прием. Я с очень большим трудом разбираю позывные. Не столько потому, что сигнал слабый (а он слабый), сколько из-за вибрирующего фона уровня шумов. Между пилой «вибраций» порой что-то выплывает. Одна… полторы «буквы».

Сработав до десятка станций, я, признаться, устал. Устал переспрашивать по многу раз позывной, потому что не могу схватить целиком с первого раза. Почти никого не могу.

Влад предложил смениться, чему я был очень рад. Влад увеличил скорость передачи. Теперь он также переспрашивает позывные, но частота «опроса» выше, и позывной в журнал идет быстрее. Еще с десяток или полтора корреспондентов попадают в «лог». Это и все.

Вышка на восточной оконечности острова 
Влад уходит на верхние диапазоны… Очередной заход на «сто шестьдесят» будет в предрассветные часы после короткого сна. В последующем, в том числе и на рассвете, в эфире на НЧ сидит Влад (когда надо на 160 м поработать). Когда я просыпался, он радостно сообщал, как ему удалось «штатов накосить» на рассвете. Что ж, это самые желанные QSO!

— — —

Министерство дает «добро»!

То самое разрешение MOD
20 апреля утром пришла по e-mail радостная весть от Викрама. Он прислал Владу копию разрешения из MOD. Влад сбросил изображение на флешку и куда-то ушел распечатывать. С этого момента «жизнь обрела смысл».

MOD дает разрешение на смену QTH с Нувара Элия на Allipiddy, Jaffna, до 30 апреля при соблюдении визовых формальностей (должна быть действующая виза). Дата «30 апреля» указана потому, что в этот день исчерпывается срок действия месячной визы у Влада (и у меня тоже).

Вопрос ехать или не ехать в регион Джафны не стоúт – конечно, ехать! Да, второй раз, и тоже в Джафну! Но ведь это, пожалуй, самая авантюрная часть всей нашей поездки: мы преодолели сопротивление «местных авторитетов» (они пока об этом не знают), мы снова окажемся в красивом и многострадальном крае (Тамил-Илам (Eelam) – название независимого государства, за которое боролись ланкийские тамилы. Название – в честь Элары (Elara), последнего тамильского правителя Анурадхапура), мы будем искать жилье в тамильском селе, где не говорят по-английски! Все это предвещает настоящее приключение.

Конечно, придется купить дополнительные авиабилеты и… продлить срок нашей поездки на несколько дней. Это стало понятно, когда мы начали прикидывать ключевые этапы и сколько дней они могут занять: выезд из Фулиду в Малé, перелет в Коломбо, ночевка там же, рейс в Джафну, переезд в Аллаипидди, поиск жилья и установка антенн, работа с острова Кайтс (Веланай) дней пять, возвращение в Коломбо в последний день действия ланкийской визы (30 апреля), вылет в Малé (да-да, еще раз!) и на следующий день посадка на рейсы в Киев и в Москву.

Последний рейс – из Малé в свою страну – у каждого из нас был куплен заранее. Предполагалось, что к тому времени, когда мы будем на Мальдивах, острова на севере Шри-Ланки уже будут отработаны. Не вышло…

Влад через свой контакт в России начал выяснять ситуацию с билетами на рейсы из Мальдив в Шри-Ланку на ближайшие дни. Относительно дешевые билеты были через несколько дней. Да в общем-то можно вылетать хоть завтра, но рейс надо увязать с прибытием в Малé.

Напомню, что паром из Фулиду идет три раза в неделю. Отправление с Фулиду, часов в одиннадцать. Цена на билеты Малé – Коломбо в ближайшие дни выше «нормальной» стоимости заранее купленного билета долларов на тридцать (это для информации. В нашей ситуации на это обстоятельство никто не обращает внимание). Но зато билеты есть!

Через свой контакт Влад распорядился о покупке двух билетов Малé – Коломбо на 24 апреля, вечерний рейс. Придется также сместить дату вылета на родину. Если этого не сделать, то на экспедицию останется совсем мало дней (два полных дня на Кайтсе).

Конечно, переносим, если такое удастся провернуть с разумными потерями. Влад начал прорабатывать вопрос с переносом обратных билетов. Его авиакомпания (одна из авиакомпаний ОАЭ) допускала смену даты вылета без особых проблем и с какой-то разумной неустойкой. Моя же авиакомпания (Turkish Airlines) так легко не сдавалась. У них, кажется, вообще где-то прописано, что билеты обмену не подлежат…

Говоря о таких напряженных моментах, хочу донести до читателя, что подобные нюансы, как смена даты рейса, не проходят в автоматическом режиме. Надо звонить в офис авиакомпании и разговаривать с менеджером, потом называть еще несколько кодов, шифров, сопровождающих покупку авиабилета, делать перевод денег по карте, не прерывая разговора...

Контакт Владимира созвонился с представительством турецкой авиакомпании в Москве, и там сказали, что смена даты будет стоить почти сто долларов. Затем был звонок в офис авиакомпании в Киеве. Там тоже подтвердили возможность смены даты рейса и… за несколько меньшую сумму (порядка восьмидесяти долларов).

Mike, UR7EZ; Alex, UR5ECV; Kostya, US5ETV. Mar'2019
Операцию с киевским офисом было бы удобнее проводить резиденту, поэтому Влад спросил, могу ли я попросить Мишу (UR7EZ) связаться с представительством Turkish Airlines? Ему будет удобнее решить финансовый вопрос на месте. Я немедленно связался с братом, и в течение часа или двух проблема была решена.

На следующий день авиакомпания выслала на e-mail электронный билет на новую дату (на 2 мая, на пять вечера). Почти за сутки мы приобрели два билета и перенесли даты рейсов из Малé в родные страны.

Новые планы поездки в Джаффну, конечно, взбодрили нас. На Мальдивах хорошо, но уж очень-то комфортно. На севере Шри-Ланки не будет пляжа с коралловым песком, не будет лазурной воды и, скорее всего, условия жизни будут непростыми. Но визит в такое место – это и есть чистое приключение, драйв от местной экзотики со вкусом радио.

— — —

Вишам женится на Шавуне

«На мгновение она замерла, подарив мне свой взгляд,
а я украл его, запечатлев в фотографии…»
Пляж с южной стороны острова, Фулиду.
21 апреля 2017, 13:25

Днем особо делать нечего. Днем можно поспать, сходить в магазин, побродить по острову с фотоаппаратом…
Купаться? – Больше одного раза в день не тянет почему-то!

Мы выбрали поход в магазин за «дозой» вермишели, папайи и бананов, если будут. И самое главное, надо купить большую емкость воды. Пить ту, что из крана течет, можно, но она с привкусом: опресненная. И уж точно вкус чая или кофе из водопроводной воды будет испорчен – получится солоноватым.

В магазине воды в шестилитровых бутылках достаточно. Вот мы и отправились за ней! Магазин принадлежит нашему доброму знакомому, Ахмету.

На обратной дороге мы свернули к побережью и побрели песчаной тропой в тени прибрежной растительности. Где-то на полпути к гостинице, на пляже, мы заметили какое-то необычное движение.

На пляже расставляют зеленые и белые флаги на длинных древках. Этими флагами отделен довольно большой прямоугольный участок пляжа, выходящий к морю. Сторона прямоугольника, противоположная линии прибоя, заключена между двух огромных деревянных фигур-амфор, раскрашенных в национальный орнамент, между горлышками которых натянута веревка с цветными флажками.

Целая бригада заносит в «прямоугольник» белые пластиковые стулья и столы. Преимущественно девушки и женщины копошатся, украшая место будущего торжества. Среди людей я заметил дочь Ахмета с супругом. Мы зашли на «территорию» и остановились. Что здесь готовят?!

 – Здесь будет свадьба! – сообщил кто-то из мужчин, одетый по-праздничному: в белую рубаху на выпуск и в шорты.
 – Сегодня?
 – Да, в семнадцать часов начнется!

Элемент украшения свадебного шатра
Я посмотрел на часы. Остается около двух с половиной часов… Я хочу это увидеть! Словно прочитав мои мысли, парень, участвующий в подготовке торжества, сказал:

 – И вы приходите. Приглашаю!
 – Я с другом здесь… Можно нам вдвоем?
 – Конечно! Приходите. Только…
 – Да?..
 – …Только вам необходимо зайти через этот символический вход, – парень указал на пространство между амфорами, – и, как все, подойти к жениху и невесте, поздороваться и поздравить.

Я поблагодарил незнакомого парня за приглашение на свадьбу к двум незнакомым для нас людям в их самый важный день в жизни (хочется так думать). Чудненько! Для меня этот парень может и незнакомый, но, полагаю, что двух «чудаков из «Hammerhead» уже заметили на острове за те несколько дней, что мы здесь.

Цветы создают особое пространство вокруг шатра, привнося ощущение непорочности и чистоты предстоящего торжества
Влада приглашение заинтересовало. Он даже готов оторваться от трансивера! Только одно смущает меня: нечего дарить! (Что за рефлекс такой – если свадьба, то тащи подарки?!) Нет у меня ничего, кроме улыбки и искренних пожеланий!

В стране, где люди с детства видят рассветы и провожают закаты, дышат морским бризом, чтут Коран и возносят молитвы Аллаху, дары материальные не столь существенны. Разве могут они быть прекраснее лазурной воды атолла, разве ценности в них больше, чем в звуках прибоя и шелеста листьев пальмы в лучах заходящего солнца?! Могут? Почему же тогда так много желающих стремятся побывать на Мальдивах?!

Цветы у свадебного шатра
Мы подошли к шатру. Его установили недалеко от воды. По диагоналям между стойками он перетянут широкими отрезами белой материи. Шатер установлен прямо на песке. Под его сенью ничего нет – ни стульев, ни дорожки. Он, видимо, призван символизировать семейный очаг, свободу и открытость – мир, который не ограничен стенами дома, а открыт для света и для друзей.

Шатер украшен по-особому. На столбиках-опорах закреплены цветы, собранные в композиции. Белые, красные, желтые цвета. Я не видел цветов на острове в большом количестве. Видимо, все украшения привезены под свадьбу. Цветы рассыпаны на песке перед шатром пестрым ковром. Какая замечательная идея! Никаких излишеств!

Сделав поверхностный осмотр места предстоящего торжества, мы удалились в свой номер. Ведь надо отнести продукты и подготовить фотоаппарат (подзарядить). Да и не хочется мешать своим присутствием. Время начала нам уже известно, не опоздаем!

Влад поздравляет Вишама и Шавуну на их свадьбе
Тем временем, на пляже полным ходом идет подготовка: вносят стулья и столики, напитки, различные блюда… Пару человек делают символическую изгородь по длинным сторонам прямоугольника, чтобы территория свадьбы не была проходной. Тут, знаете ли, полно любопытных зевак бывает из местных гест-хаусов.

А вход – только между амфорами! Свои – знают! Если по-другому зайти, то это уже будет называться «проникновением». Так только дети могут попасть за «периметр», да и то, несознательно.

Мать невесты, сестры и подружки. Кто здесь кто – однозначно сказать не могу, для этого было мало времени…
В пять часов после полудня я взял свою камеру и решительно направился к выходу. Влад сидит за трансивером, но пообещал оторваться за несколько минут… когда разгребет «pile-up». Минутка или две – и я уже на месте. Я не опоздал.

Еще расставляют последние блюда с угощениями на столиках у края площадки, еще тонкой струйкой подтягиваются к «периметру» участники торжества: тетки в нарядных платьях, скрывающих грузные тела от шеи до пят; дети, одетые чистенько, но по-обычному – в футболки и штанишки; мужчины одеты, преимущественно, в однотонные шведки.

Те же, кто причастен к торжеству или будет участвовать в фотосессии, одели белые шведки. Да и сам жених надел белую рубаху, а штаны у него и вовсе коричневые. Ну, видимо, одел то, что было поглажено… Никакого намека на костюм. Но это ничего – на острове в костюмы наряжается только администрация из Совета.

Подруга невесты
Все пацаны ходят в свободной одежде, не сковывающей движений и не сжимающей грудную клетку. Если бы рядом с ним не было невесты, этой прекрасной «морской лилии», находящейся в центре повышенного внимания многочисленных дружек и родственников по женской линии, я бы не смог его выделить из присутствующих.

Мужчины на свадьбу одеваются скромно, и я бы даже сказал… практично. В такой одежде хоть на свадьбу, хоть в мечеть, хоть на вечеринку (в мечеть в шортах не ходят, а некоторые из гостей – в шортах).

Happy marriedWisham & Shavoona
Другое дело – женские наряды на свадьбе! Женщины порылись в сундуках и действительно надели что-то особенное, яркое. Я о гостях говорю – о женщинах преимущественно немолодых, проходящих через амфоры с детьми, также приодетыми по поводу события.

Помимо «простых гостей», есть особая группа девушек, одетых в одежды одинакового фасона, скроенных по фигуре, и специально для этого торжества. Девушки эти – подружки невесты. Восемь чудесных пери, восемь стройных газелей, порхающих по пляжному песку в волнительных приготовлениях, – от невесты к столикам, от столиков к стульчикам, а потом и за периметр, – принести чего-то еще на столы или, возможно, позвать кого-то.

И была среди них одна, кто просто приковал мой взгляд, чей стройный стан подчеркивают шелка скроенного по фигуре наряда, движения ее плавны и грациозны, без излишней манерности. Лицо ее смуглое, легкого бронзового оттенка, с идеальными чертами.

Жених (Wisham)
Я смотрю на смуглое лицо красавицы и не могу оторваться: вот стоит она рядом с невестой, держит в руках мобильник и обручальные кольца с привязанными к ним ленточками – если в песок случайно упадут, то не потеряются, и неприятный казус не произойдет.

Алые губы ее слегка приоткрылись, и я увидел белый жемчуг ее зубов. Когда она улыбается, солнце блекнет от зависти… Она заметила меня, несомненно, ведь я, кажется, только ее и снимаю на камеру, потеряв всякий стыд.

Подруга невесты
На несколько мгновений она остановилась и замерла, подарив мне свой взгляд, а я украл его, запечатлев в фотографии… Горе мужчине, кого пленит эта красавица и не ответит взаимностью!

Какого-то сигнала к началу торжества я не заметил. К моему приходу у шатра уже стоят жених с невестой. Стоят особняком. К ним то и дело кто-то подходит. Подружки подходят по одной или по две-три, что-то спрашивают и отходят в сторонку. В сторонке стоят стулья только для участников свадьбы и для родственников.

Приходящие на торжество гости (приходят кто когда смог, но почти все подошли в течение получаса) направляются к молодоженам у шатра, поздравляют их и что-то дарят, красиво завернутое в упаковку. Подарки отправляются на стоящий неподалеку столик. Затем гость направляется к столикам с угощениями и напитками и насыпает себе в пластиковую миску всего, что пожелает.

Невеста с матерью
Когда зашла бóльшая часть гостей, я решил, что настал и мой черед пройти через амфоры и поздравить молодых. До этого момента я стоял сбоку, за ленточкой, и был сторонним наблюдателем. Если у меня и было какое-то чувство неловкости, то постепенно оно уступило острому желанию стать соучастником торжества и запечатлеть праздник на камеру.

Я прошел между амфорами и сразу же направился к жениху и невесте, рядом с которыми пока никого не было. Улыбнулся. Поздоровался. И произнес самую изысканную речь, на которую только был способен. Жениха зовут Вишам, а его избранницу – Шавуна. Об этом я узнал из надписи на свадебном торте несколько позже.

Девочка в красном
Торт стоит на отдельном столике, покрытый зеленой мастикой и украшенный по периметру дарами моря: всевозможными ракушками, небольшими морскими звездами и кусочками коралла, выбеленного морем. «Wisham weds Shavoona», - написано на торте сверху. Я не видел, когда ели торт. До самых сумерек народ был занят другими делами…

Влад пришел спустя минут двадцать. Я только что произнес свои поздравления и уже сделал пару фото счастливой пары. Влад не заставил долго себя ждать. Я подсказал, что надо войти «через амфоры», а не под ленточкой «проскочить», и дальше все пошло, как по накатанной. Не медля более, Влад направился к Вишаму и Шавуне.

Я стал в нескольких метрах позади него, чтобы запечатлеть этот особый момент. Влад необычно многословен, как для себя, – как-никак, особый случай! Молодые расплылись в счастливой улыбке. Влад жмет руку Вишаму и затем, более мягкое рукопожатие его избраннице. Будьте счастливы!

Девочка в красном
Формальная часть нами выполнена. Все гости после поздравлений направляются к столикам, чтобы угоститься. Каждый выбирает себе блюдо по вкусу. Сбоку огороженной площадки стоят три столика с яствами и один столик с напитками. Здесь есть из чего выбрать. Навскидку, представлено около десятка блюд и/или закусок.

Я не очень понимаю, что разложено передо мной на подносах. Один из ребят, помогающих гостям разобраться с едой, услужливо поясняет нам, что вот это блюдо, что прямо перед нами, острое, с мясным фаршем и рисом, а рядом – не такое острое, но лучше полить соусом, а вон то – сладкое (а так на вид и не скажешь!)

Красавица из Фулиду
Попробовать все за один подход к столикам нет ни единого шанса! Я насыпаю разных блюд по чуть-чуть в пластиковую тарелку, сколько позволяет место. Наливаю фанту в пластиковый стаканчик и отхожу в сторонку, к рядам пластиковых стульев, стоящих неподалеку.

Здесь все гости и едят, держа тарелку в руках или приспособив соседний стульчик под столик. Мы не исключение, мы с Владом расположились на стульчиках и принялись дегустировать необычную еду. Вкусно! Легко! Есть и с перцем, и нейтральные блюда, – на любой вкус.

В чем отличие этой свадьбы от европейской?! – Да все отлично, все по-другому. Еще раз скажу, что алкоголя быть не может, ни на свадьбе, ни на другом торжестве. Это харам! Запрещено это верой.

Столики с угощениями
Музыки нет. Вообще никакой. Нет официальных поздравлений и публичных напутствий родителей. Никто не кричит «горько!». Пара не целуется на публике. К чему эти публичные проявления?! Этот блуд?! В традициях мусульманской свадьбы жених не должен даже касаться невесты до совершения Никах (что-то вроде обряда венчания у христиан).

Всякого рода развлечения и утехи, вроде публичных музыкальных представлений, театра, и даже выступлений на сцене ограничены в мусульманском мире. Эти ограничения и предписания направлены на сохранение непорочности и чистоты юных дев, моральной чистоты всех мусульман. Ни поведение, ни внешний вид женщины не должны побуждать к
порочным грезам сынов Аллаха…

Еды много – едоков настоящих нет!
Поэтому побывав на мусульманской свадьбе, не спешите судить об увиденном и что-то там сопоставлять. Призываю вас вначале разобраться в глубинных традициях и культуре народа. Я же описываю увиденное не для подчеркивания изъяна или достоинства, но лишь в качестве зарисовки, путевых заметок.

На столиках у входа на праздник много угощений. Но едят только гости. Я не видел, чтобы жених и невеста что-то ели или пили. Никто из молодых, а также никто из подружек или родственников, которых можно отличить по специально пошитым нарядам, – никто из них не притронулся к еде.

Вскоре я заметил, что поев, основная масса гостей разошлась. Нет, не стазу, покидав пластиковую посуду в мусорные ведра и хлебнув газировки. Еще кто-то из них постоял в «периметре», поговорил с друзьями, вспомнил, минувшую свадьбу и спросил у знакомых, кто же там на очереди?! Но в конце концов, какой интерес сидеть часами на пластиковом стульчике и смотреть, как прячется солнце за горизонтом?!

Женщины… Они всегда помнят про помаду и еще про многие-многие важные вещи…
А вот основная «фишка» на свадьбе – это фотосессия! Да вот же странность: для съемки при нормальном освещении почти не осталось времени! Все началось в пять, а в шесть света уже не хватает – солнце садится!! Это я по своему аппарату чувствую – уже не выходит получить хорошую четкость снимка.

Доедая еду со своей тарелки, я заметил появление «на сцене» фотографа со здоровенным «агрегатом»: объектив его фотоаппарата выпирает из «коробочки» на шнурке, словно какой-то «скипетр» – символ власти и обладания… Конкурент!!! Это же я хотел снимать!

Пока рядом ведется «профессиональная съемка» с участием матери и дочери-невесты, можно и поселфиться! «А что, как я тебе, соседка?» – «Смотри, со стула не упади!»
Фотограф, вероятно, оплаченный. Он неплохо одет, на второстепенные вещи не отвлекается, занимается только своей работой: фотографирует, выставляет массовку, снова снимает…

Я быстро доел остатки диковинных блюд и сказал Владу, еще расправляющемуся с деликатесами на тарелке, что иду на съемку. Он кивнул и молча благословил, добавив вслух, что, пожалуй, пойдет отрабатывать вечерний проход.

Pure beauty makes you goofy…
Я покинул свой стул, набрался наглости и подошел к «официальному» фотографу, встал рядом с ним и тоже принялся снимать. Он выстраивает жениха и невесту, ставит рядом с ними откуда-то взявшихся детей, убирает детей и ставит подружек невесты, снова зовет детей и расставляет их на переднем плане, раздает какие-то указания, а я не теряю времени – я снимаю.

Не обязательно брать в кадр всех, кого мой «конкурент» пытается выставить в «правильную» композицию. Я беру крупным планом. А когда все стоят, как надо, то мы «расстреливаем» группу «в два ствола».

«Да отстань ты уже, противный! Говорю же тебе, мне девочка нравится!»
Наверное, это выглядит странно, но никто не гонит меня, никто не спросил: «А кто это?!» Со временем я даже отмечаю, что часть массовки поворачивается и в мою сторону, когда «big gun» («большой ствол») отстреливается по данному эпизоду.

Вскоре мне начинает даже казаться, что «Большой Скипетр», даром что с супер-агрегатом – выбирает плохие ракурсы для съемки. Он снимает напротив заходящего солнца. Кадры при этом будут контрастными, а лица людей затемненными. Лица мальдивцев и без того смуглые, поэтому, что там будет на его кадрах – полностью на его совести.

Закат на острове Fulidhoo
Как мне ни хотелось, а пришлось заканчивать – солнце почти спряталось в море, и освещения для нормальной съемки не хватает. Но вот беда, «Большой Скипетр» вошел в раж и его уже не остановить каким-то там закатом!

Будто пообещал он сотню кадров, и пока у него недобор. «Профи» все снимает и снимает, он даже включил вспышку. Ну со вспышкой снимать совсем не то… Я зачехлил камеру и не без сожаления покинул «периметр».

— — —

Возвращение в Малé

Члены экипажа грузового баркаса, на котором мы пришли в Малé
«Hammerhead View & Spa», Фулиду.
24 апреля 2017, 07:36

К тому времени, когда я оторвался от подушки, Влад уже успел стянуть с мачты антенну 160 м диапазона и втащил в номер плотно скрученное полотно антенны, готовое к упаковке в мой рюкзак.

Я умылся, и мы принялись за спуск прочих антенн с третьего этажа фасадной постройки отеля. Как только антенны оказались на песке, Влад предложил мне заняться завтраком, пока он будет все упаковывать.

Процессом этим он привык заниматься сам, поскольку от аккуратности сборки зависит компактность вещей в рюкзаке и время на последующую установку антенн на следующем месте базирования.

Завтрак такой же, как и ужин был: салат из капусты, моркови и помидор, и вермишель в острой приправе. Салата много, и на его приготовление уходит основная часть времени.

Минут за сорок Влад справился. Он принес в номер тугие мотки антенн. Вибратор и его рефлектор смотаны воедино куском веревки. Очень компактный набор, с которым можно покрыть весь спектр КВ диапазонов. После завтрака – сборы.

Паром должен прийти часам к одиннадцати, и в запасе у нас есть около полутора часов. Осталось лишь расплатиться за жилье с Ахметом. Влад достал новенькие руфии в крупных купюрах и отсчитал нужную сумму за номер за восемь дней. Чуть меньше трехсот долларов получается.

Мы закрыли номер и отправились на поиски хозяина отеля. Остров небольшой, и найти на нем человека не является большой проблемой. Мы застали Ахмета за столиком в тени пальм, где он пьет кофе с двумя мужчинами и что-то с ними обсуждает.

Одного из мужчин я узнал – это старший брат Ахмета. Второй мужчина либо бизнес-партнер, либо управляющий, правая рука Ахмета. Мы поздоровались и сказали, что готовы к отплытию на пароме. Влад вручил деньги хозяину гостиницы со словами благодарности за прекрасные условия.

 – Да, повезло вам, – резюмировал Ахмет, пересчитывая деньги. – Когда гостиница будет построена, цены за номер будут другие…
 – Дороже?
 – Да. Думаю, не меньше семидесяти-восьмидесяти. Я намерен работать с VIP-клиентами. Это будет не просто проживание в номере, а будет включать и другие «особенности» – снорклинг, рыбалка, spa-салон, мини-круизы на острова…
 – А когда вы намерены открыться? – спросил я.
 – Где-то в октябре…

Мы еще о чем-то недолго поговорили, и Влад сообщил, что мы сейчас заберем вещи из номера и отдадим ключи. Ждать будем недалеко от причала, чтобы ничего не пропустить. Тут Ахмет заулыбался и сказал, что может предложить нам бесплатный вариант возвращения в Малé.

Я было решил, что он шутит, потому что он все время улыбается, да и его собеседники за столом тоже. Однако он повторил, что действительно есть такой вариант, так горячо любимый в нашей стране – бесплатный!

 – И какой же? – спросил Влад.
 – Сейчас отправится грузовое судно с пристани. Идет в Малé. Пустое. С вас денег не возьмут, ведь они пассажиров не возят.
 – Спасибо!

Мы метнулись обратно в номер за вещами. Водрузив рюкзаки за спины, а по второму рюкзаку еще и повесив на плечо, мы побрели к пристани. С первых же шагов ясно, что бежать по песку не получится с таким весом. Хорошо, что идти недалеко! По пути мы отдали Ахмету ключи и простились с ним.

Пристань безлюдна. Лишь баркас пришвартован к ней. По виду, это и есть грузовое судно. Мы подошли по мостику вплотную к борту. На палубе, в тени навеса, сидя на лавке, дремлет какой-то мужик.

 – По-моему, это не капитан, – поделился я своими подозрениями.
 – Нет. Заносим вещи. Потом разберемся.

Мы спрыгнули с мостика пристани на палубу баркаса. Палуба накрыта навесом, по периметру ее стоят лавки. Вся центральная часть свободна. Здесь, видимо, и располагают грузы. Ближе к корме по оси барка расположено рулевое колесо. Это место пока пустует, да и капитан куда-то отошел.

Мы пристроились на лавке, а рюкзаки уложили на средину палубы. Так положено для балансировки. Влад спросил у дремлющего с противоположной от нас стороны «пассажира», а не в Малé ли отправится сейчас корабль?! Получив утвердительный ответ, мы расслабились и стали ожидать возвращения всей команды на судно.

Вскоре пришло несколько человек. Ничто не говорит о том, что это и есть матросы. Выглядят мужики точно так, как бангладешские рабочие у Ахмета: смуглые, молчаливые, уставшие, в шортах и спортивках. Рядом с нами по лавочкам расселось еще человека четыре.

Через несколько минут на судно зашел сам капитан. Я выделил его отдельно, потому что он единственный, кто дает какие-то распоряжения. Указания по поводу размещения груза.

Эти четверо, что зашли на баркас чуть раньше «кэпа», затащили пять-шесть мешков сушеной рыбы. Отдельные сушеные экземпляры достигают размера с руку взрослого человека. От этих мешков по всему кораблю распространился запах «тарани».

Я поймал себя на мысли, что с удовольствием бы отведал рыбки, но мысль эта долго не задержалась – капитан начал готовиться к отплытию. У нас он лишь спросил, куда мы путь держим? А то мало ли, что мы там запланировали! Получив ответ, он удовлетворительно кивнул, и больше ничем не поинтересовался.

Кто-то из его команды отвязал канаты, винт за кормой вспенил кристально чистую воду, и судно начало отдаляться от пристани. Никто не провожает, не уговаривает остаться еще на денек-другой. Покидающих остров не сопровождают менеджеры гест-хаусов: какой в этом смысл?! За минуту-другую мы имеем удовольствие обозревать Фулиду, весь остров целиком, во всей его красе в лучах утреннего солнца. И стало немного жаль покидать этот уголок рая.

Фулиду. Мы покидаем остров! У большой вышки на левой оконечности острова (чуть правее от нее) едва просматривается верхушка мачты. Эта мачта Совета острова, с которой у нас была натянута антенна 160-метрового диапазона 
До Малé баркас идет без остановки. Плавание в течение трех с половиной часов немного нудновато. Все, кроме капитана, разлеглись на скамейках, и так почти всю дорогу и продрыхли. Капитан бы тоже откинулся, да не может такого позволить себе: мели надо огибать и следить за курсом. Ветра нет, море спокойное, и поездка просто приятна… и скучна.

Кэп нашел другое развлечение для себя. Едва мы отошли от Фулиду и легли на рейд, кэп достал снасти и, бросив ненадолго руль, позакидывал их с кормы. Попустил канатик метров на двадцать с какой-то приманкой на конце и закрепил недалеко от себя. Тунца, что ли, ловим?!

В наш рейс не повезло ему – ничего не клюнуло за всю дорогу. Никакой радости, никакого ощущения ценности поездки! Может быть, поэтому у капитана и созрел «коварный план»?!

…Мы подплываем к Малé. Вдалеке видны высотные здания, выросшие за последние десятилетия на перенаселенном острове. Осталось плыть минут тридцать…

 – Как ты думаешь, – спрашиваю я Влада, – деньги будут с нас брать за проезд?
 – Посмотрим… – лениво говорит Владимир. Он недавно проснулся. – Сколько бы они не придумали себе с нас содрать, все равно больше официальной стоимости билета не получат.
 – А может, все же бесплатно?
 – Скорее всего, нам придется еще подискутировать на этот счет… Если будут проблемы, то они постараются нас не выпустить с корабля, пока мы не заплатим.
 – Думаешь?
 – Да. Пока я буду доставать деньги, торговаться, ругаться, или как там еще получится – не знаю, ты постарайся сгрузить все наши вещи с корабля на берег. Вещи – наше слабое место. Их постараются не дать вынести, если начнутся проблемы…
 – Ладно. Надеюсь, все будет мирно…

Я посмотрел на людей, окружающих нас. Это мужчины разного возраста: от двадцати и до пятидесяти. А капитану, наверное, под шестьдесят. Экипаж не выглядит агрессивно. Уже все проснулись. Мужчины больше смотрят за борт, навстречу надвигающемуся на нас городу, иногда обмениваясь несколькими фразами. Выглядят все немного сонными, безучастными к происходящему и немного уставшими, утомленными долгим плаванием. Капитан давно смотал свои снасти – не клюет!


Вот мы уже близко от береговой линии Малé. Береговая линия – это, в основном, бетонные блоки, выставленные на расстоянии нескольких десятков метров от набережной, защищающие остров от разрушительных волн. Блоки иногда расступаются, давая проход для захода суден к причалам на набережной. Грузовой причал находится с другой стороны острова, поэтому капитан развернул баркас, и мы следуем вдоль бетонных волногасителей по часовой стрелке.

Когда мы выплыли за мыс, – а остров имеет форму пятигранника со сглаженными углами, – я увидел, как прямо на нас, аккурат в средину правого борта барка, движется катер с грузом. Почему-то на катере курс не изменили, судно идет прямо на нас! У меня все похолодело…

Это же увидели и члены команды, это увидели все, кроме нашего капитана! Когда казалось, что столкновения не миновать, все заорали что-то капитану. Тот начал резко выруливать. Крики с нашего барка услышали и на таранящем судне, там тоже начали маневрировать…

Вопрос «быть или не быть тарану?» всего несколько секунд висел в воздухе тяжелым топором. Лишь несколько тяжелых секунд… Грузовой катер разминулся с нами всего в полутора метрах! Фух! Пронесло! Не хватало только затонуть в сотне метрах от причала… Оживившиеся члены команды нашего барка что-то радостно закричали молодому капитану пронесшегося почти впритирку катера (Ах ты, дол…еб х…в! Смотри куда рулишь!).

На этом волнительном моменте наше долгое путешествие по морю закончилось. Капитан сбросил скорость, и мы вошли в проем между бетонными блоками в тихую бухту грузового порта.

 – Приготовься сразу вынести вещи, как только мы пристанем! – говорит Влад, роясь в сумке и готовя нужную сумму за двоих.

А правильная сумма – это стоимость билетов на паром до Фулиду. Она составляет, напомню, пятьдесят три руфии с человека. С двоих получается сто руфий, если правильно округлять.

 – У тебя мелких денег не осталось? – неожиданно спрашивает Влад.
 – Нет. Только монеты.
 – Плохо. У меня, оказывается, только купюра в пятьсот руфий…
 – А надо...
 – Надо сто. Чтобы без сдачи было, – добавил Влад.

Понятно, что это не та ситуация, чтобы еще и шесть руфий докладывать, тем более, что шесть – это только монетами набрать можно.

 – Ладно, придется сдачу стребовать, – вздохнул Влад.

Барк коснулся грузового пирса, двое моряков тут же спрыгнули на бетон и пришвартовали судно. Как только они это сделали, я спрыгнул на берег с двумя рюкзаками в руках. Невозможно вынести все одним махом – груз неподъемный. Я кинул вещи на бетон и тут же собрался вынести оставшиеся два рюкзака. Влад уже подтянул свой тридцатикилограммовый «мешок» к краю борта.

В этот момент к нему подошел капитан и объявил, что пора заплатить за проезд… Влад протянул купюру в пятьсот руфий. Капитан взял деньги, вытащил содержимое своих карманов на свет и отсчитал… двести руфий сдачи. Протянул деньги Владу.

Ха! Как же он не прав!!! Влад уже успел передать мне свой «мешок» (я тут же вытащил его на причал), и повернулся к кэпу, готовый к полемике.

 – Извините! – возмутился Влад, рассматривая две бумажки номиналом по сто руфий. – Я знаю, сколько стоит проезд. Зачем же так бессовестно обманывать пассажиров?!
 – Обманывать?!

Капитан не ожидал отпора. Оттуда, откуда он забрал этих двоих, пара чашек кофе с фисташками стоят дороже той суммы, что он назвал за доставку. С ним не должны торговаться, да?! Они что, на пароме прибыли на Фулиду?!

 – Конечно, обманывать! Я дал пятьсот руфий, а вы двести сдачи даете! Нехорошо, «товарищ»!
 – За проезд – триста… Это за двоих, – уточнил кэп на всякий случай.
 – Сто руфий – вот реальная цена! Еще двести с вас!
 – Сто с каждого? – переспросил кэп. – Так хотите?!
 – Сто за двоих!

Кэп застыл в шоке… Крышку его чайника вот-вот сорвет. За несколько секунд он все же смог совладать с собой…

 – Не-е-е... – безумно улыбнулся корабельный босс.
 – Да-а-а-а! Еще двести с вас!!! Билет на паром стоит пятьдесят, так что посчитайте сами!
 – Не дам! – грозно крикнул капитан.
 – Тогда верните мне мои деньги! – невозмутимо потребовал Влад. – Я пятьсот дал!
 – Да как ты… Да кто тебе сказал, что у меня как на пароме! Вы ехали в комфорте, только вас и вез, никого больше.
 – Так это ж грузовое судно! Вы вообще не имеете лицензии на перевозку пассажиров! Деньги верни мои!!! Или сдачу правильно давай!
 – С вас триста! – заорал капитан.

И так ничего не клевало по дороге, а тут еще эти «выёзживаются»! Члены экипажа, суетившиеся по судну, готовясь к выходу на сушу, застыли на месте, наблюдая, чем закончится схватка.

 – Вы не получите триста! Берите сто! – отвечает Влад повышенным тоном, но все еще не срываясь на крик. – Таков тариф, не я его придумал.

Я про себя отметил, что купюра «500 руфий» уже покоится в недрах штанов капитана. И как же мы поступим, если он «заарканится»?!

 – Какой тариф?! – вспенился кэп. – Хорошо, не хочешь триста, – пройдоха, сын шайтана, – пусть будет тебе двести, разрази тебя гром!!! Держи еще сто!

Кэп сунул было еще одну купюру Владу, но тот брать ее не стал…

 – Сто!!! Зачем обманывать?! Других за дураков принимаешь?! – пошел в наступление Влад. – Сто – или верни мою купюру!
– Да иди ты на…

Дальнейшую тираду капитана трудно передать в литературных выражениях. Он кричит, распалившись по-полной.

 – Верни! Мои!! Деньги!!! – Влад пошел в ответку. – Отдавай пятьсот, жулик!
 – Я? Жулик??? – На… забирай свои деньги!!!

В нервном порыве капитан полез в карман и выудил уже помявшуюся в штанах купюру в куче с несколькими другими. Он швырнул ее Владу. Та упала на пол. Влад поднял.

 – Это ваше… – Влад протягивает какие-то купюры разгорячившемуся капитану. Но тот уже «слетел с катушек».
 – Проваливай с моего судна! – вскричал капитан. – Уходи, чтоб я тебя тут больше не видел!!! – психует кэп, размахивая руками.

Влад спрыгнул на пирс. Мы стали закидывать за плечи свои рюкзаки под крики капитана на корабле. Он перешел на дивехи, но от этого его порыв вовсе не угас…

 – Вот чудак! Я хотел ему вернуть его двести руфий… – говорит Влад, забрасывая рюкзак за спину, – а он брать не хочет!
 – Это те двести, которыми он дал тебе сдачу с пятисот?
 – Да!
 – Так он и пятьсот вернул…
 – Вернул. И еще свои двести… забирать не хочет…
 – Вы так долго перебрасывались сдачей, решали, сколько платить, что я и сам запутался, сколько у тебя, в конечном итоге, оказалось денег в руках…
 – Нехорошо получается… – Влад принялся снова снимать рюкзак. – Двести отдам. Это его…

Он скинул увесистый рюкзак на бетон и снова прыгнул на борт. Капитан уже чуток выпустил пар, лава из кальдеры вулкана уже не вытекает, но все еще клокочет, выпуская сероводород... Влад в несколько шагов оказался возле него и сунул ему его же деньги, буквально вложив в руку. Также быстро он ретировался на берег.

Я помог с рюкзаком, и мы быстро, как могли, поспешили удалиться прочь с пирса, на кольцевую дорогу, обрамляющую Малé по периметру. Дико хочется пить и есть. И еще помыться. День обещает быть долгим…

До рейса в Коломбо остается пять-шесть часов. Нет смысла искать жилье на такое короткое время, и мы решили отправиться прямиком в аэропорт. Через пятнадцать минут «прогулки» по распаленной под солнцем дороге и под полной нагрузкой мы очутились возле парома на Хулхулé (аэропорт). Все идет по плану…

Малé, столица Республики Мальдивских островов

— — —

Подготовка к публикации: Лилия Васильева, EW7L. Фотографии и сканы предоставлены автором. Текст дается в авторской редакции.

Print Friendly and PDF
Комментариев нет :

Добавить комментарий

Пожалуйста, указывайте свое имя и позывной.