вторник, 15 декабря 2015 г.

Карцер. Палата номер C108.

Тюрьма McRae, Джорджия
4675-й день заключения
автор: Роман Вега

     Что-то в последние годы образовалась нездоровая тенденция: как только на горизонте Новый год, так если не в ноябре, то в декабре - в карцер попадаю, в какой бы тюрьме не был.

     Вот и сейчас та же петрушка: повязали 6-го декабря, поздно вечером, сразу после вечернего поголовного пересчета.

     Подозрение в подготовке побега - это по здешнему тюремному "уголовному кодексу" статья 108; серьезная статья, идущая в одном ряду с другими статьями "сотой" серии:
100 – убийство
101 - вооруженное нападение на вертухая с целью прорваться за периметр
102 - собственно побег
103 - поджог
104 - владение огнестрельным и холодным оружием
105 - участие в бунте
106 - подстрекательство к бунту 
107 - захват заложника 

и так далее.

     Пока идет внутритюремное расследование, но, и без расследования всем уже ясно, что всех оснований - лишь слова одного стукачка-информатора, набиравшего себе очки перед администрацией тюрьмы, или хрен его знает по какой причине они, эти существа, сочиняют и стучат. Скорее даже чаще не по необходимости, а по душевной склонности, душа просит. Хотя о чем это я? Душа там и рядом не пробегала, у таких вместо души мерзость какая то расположилась, полностью управляя сознанием, желаниями и поступками...

      Есть такие и, увы, немало их встречается как по тюрьмам, так и за их пределами. Только на воле им легче маскироваться, трудно их распознать, в тюрьме же сразу четко видно кто есть кто, на самом деле. Но не всегда можно уберечься.

      Даже уже известно, кто именно заложил, - такого рода секреты долго тайной не остаются, тюрьма знает всё. Ребята передали, что через несколько дней после моего закрытия вертухаи спрятали стукачка от народа (спасают "своих"), и спрятали тоже в карцер, только в другом корпусе держат. Ну-ну... Камеры двухместные, но таких ценных кадров держат по одному, никого к ним не подселяют.

      Последствия этого всего для меня, конечно, грядут. Сперва пару-тройку месяцев карцера - пока расследование и все положенные процессуальные процедуры; потом решат как именно меня наказать: "откусят" какое-то количество времени от "good time", то есть по сути прибавят какой-то срок, пока не ясно какой, может быть в пределах нескольких месяцев; кроме этого обязательно отберут визиты, ларёк, и право пользоваться тюремным телефоном на несколько месяцев, может до года.

      Но, это всё относительно не страшно; главное же, что эта катавасия повысит мои тюремные "points", по которым определяется уровень строгости режима тюрем, в которых меня можно держать. И значит, обратно в эту же тюрьму McRae из карцера меня уже точно не выпустят, а бросят на этап - в тюрьму более строгого режима. Вероятно - "medium" или USP (United States Penitentiary) будет какая-то, но какая именно, в каком штате, и когда именно это произойдет - пока не известно, ждем-с.

      И все бы ничего, да опять переезд, снова там где-то на новом месте обживаться, осваиваться - в который уже раз; да по этапу неизвестно через кудой и как долго будут катать, пока довезут до места... Но зато - в дорогу! Ура! Засиделся я что-то в этой McRae. Ланцберг правильно пел: "Пора в дорогу, старина, подъем пропет!"

      Теперь привычная задача - чтобы все прошло с минимальными потерями. Пока есть время - отправить наружу все бумаги (опять!), письма и фотографии; чтобы не пропало на этапе. Да и с собой в барахлишке при переброске из одной тюрьмы в другую разрешают только 5 книг, 25 писем, и 25 фотографий. Причём чья-то гениальная голова в недрах управления этого Федерального Бюро Тюрем придумала инструкцию, что количество фотографий считается по лицам: если, допустим, на снимке лица семи человек, то он засчитывается как 7 фотографий.

      Пугает то, что подобный откровенный идиотизм, похоже, кажется идиотизмом только мне, местные же это всё воспринимают как нормальное положение дел, не видя никакого маразма. Ну, они многое так воспринимают, живя в этом своем, отгороженном от мира звездно-полосатом пузыре. Страшное дело.

      Со связью с внешним миром в карцере как всегда - хреново. Разрешен один звонок в месяц (15 минут), и то лишь до момента, пока не закончат расследование, после чего блокируют и это.

     Так что, остаются только письма, которые без ограничений - пиши сколько хочешь, было бы кому. И, надо заметить, в этой тюрьме в карцер доставляют почту без проблем: даже книги отдают, и даже в твердых обложках можно, что совсем уж удивительно, чудеса чудесатые.

     Да и наружу все уходит оперативно: если до двух ночи просунуть конверт в дверь камеры, то проходящий с обходом вертухай подхватит, и утром все будет на почте. Было мне очень странно узнать, что в этой тюрьме письма из карцера можно отправлять, заклеивая конверты самостоятельно.Обычно отдаешь конверты незаклеенными. Значит здесь спецотдел не читает наши письма, хотя входящая почта обязательно вскрывается - на предмет наркотиков и прочей контрабанды.

     Еще выяснилось, что даже после того как отправят отсюда на этап, в течение месяца будут пересылать на новое место все, что придет по почте, так что ничего не пропадет и не вернется. Такой вот внезапный сервис.

     Карцер сам по себе оказался неожиданно хорошим - по сравнению со всеми другими, в которых сидел до этого. Камера просторная, и более-менее есть место заниматься йогой и тай-чи. Вот если бы только еще сидеть одному, а не вдвоем... 24 часа в сутки вместе с одним и тем же, чужим и зачастую сошедшим с ума человеком, день за днем, месяц за месяцем - это совсем не шутки. Бывает такие попадаются - мама не горюй!

     На этот раз судьба решила меня порадовать нервным, уже полусвихнувшимся после 12 лет отсидки 62-х летним венесуэльским наркобароном Луисом Ибаррой, по кличке "Эль Гордо", тянущим 22-х летний срок. Барон оказался трудным пассажиром - давит, падла, негативчиком, и психика его основательно расшатана - хаос рулит парадом вовсю.

     Как уже все эти разномастные полудурки и невротики достали, по самое ни могу. Редко-редко, когда нормальные, цельные люди встречаются, чтобы без завихрений, страхов, комплексов. Так что, давным-давно поневоле пришлось мне стать практикующим психиатром. К сожалению.

     Что ж, буду Луиса дрессировать, не впервой. Никуда ж не деться, хотя вроде в начале января должны его отправить, но кого мне на его место заселят? Лотерея.

     Луис же пока, то лопочет дружелюбно, на смеси испанского с английским, то, без явных причин замолкает и злобно зыркает, доводя себя до истерики выкриками: "Не подходи ко мне! Не смотри на меня! Не разговаривай со мной!" Да не подхожу, не подхожу, спокойно, спокойно...
     Обнаружилось (проговорился), что до ужаса боится пауков и муравьев. Оба-на! Вот муравьинотерапией его злобу и полечим. Только где ж муравьев добыть? В камере никакой живности нету. Попробую у двери сахар рассыпать, посмотрим, может придут. По утрам с завтраком по два малюсеньких пакетика сахара выдают. На пакетике надпись - "Cafe Delight".

     И поставлю задачу двум шнырям - мексам, чтоб пауков поискали по коридору, а может на прогулочном дворике обнаружится какая живность, - по утрам, раз в день (кроме выходных) можно выйти на час в прогулочные клетки 4х5 метра; на небо посмотреть, на облака. Но, выводят по клеткам всех желающих сразу, так что галдеж стоит неимоверный - мексы перекрикиваются, потому редко выхожу. Да и вдоволь я уже насмотрелся на эти облака и голубое небо Джорджии, хватит.

     В нашем блоке "С" где-то камер с 20, все - по одну сторону длинного коридора; и все камеры забиты исключительно мексиканцами с тонкой прослойкой доминиканцев. Только мы с Луисом - экзотика, так что так нас и называют: "Венесуэла" и "Раша". Как и везде по тюрьмам, впрочем.

     Вертухай ключами гремит, "кормушку" открывает - наручники одевать, на прогулку. Пошел я, пора. За муравьями.
Print Friendly and PDF

1 комментарий:

  1. Пора бы уж и на свободу, за убийства не дают столько порой.

    ОтветитьУдалить

Пожалуйста, указывайте свое имя и позывной.